Ангел тьмы

Вот оно — то, чего я больше всего и боялась!

— Но ведь ты сам говоришь, что я подхожу ему. Что же произошло? Не забывай, что в моих жилах течет кровь не только Кастилов, но и ван Воринов!

Он с жалостью посмотрел на меня, сразу вдруг постарев на несколько лет от сильного огорчения.

— Как прекрасна ты в своем благородном негодовании, — сказал он, — теперь я понимаю, за что Трой полюбил тебя. У вас с ним так много общего, хотя вы и не знаете, в чем истинная причина этого. А я не хочу говорить, что вас с ним роднит. Просто обещай мне, что пойдешь к нему и деликатно, щадя его чувства, скажешь, что не сможешь выполнить свое обещание выйти за него. Естественно, после этого ты должна будешь оставить этот дом, но я позабочусь о твоем финансовом благополучии. Ты ни в чем не будешь испытывать нужды, обещаю тебе.

— Ты хочешь, чтобы я отказалась от своих брачных обязательств? — не веря своим ушам, переспросила я. — И ты еще смеешь утверждать, что беспокоишься о Трое? Разве ты не понимаешь, что для него разрыв со мной станет страшным ударом? Он считает, что обрел во мне наконец ту единственную в мире женщину, которая способна его понять! Ту, которая будет с ним до его последнего дня!

Тони встал, озираясь вокруг, чтобы не смотреть мне в глаза, и хладнокровно повторил:

— Я пытаюсь сделать, как лучше. Ты должна понять, что Трой мой единственный наследник, после моей смерти вся наша компания перейдет к нему или же его сыну. Такова наша семейная традиция. На протяжении трех с половиной веков «Игрушки Таттертонов» переходили от отца к сыну или от брата к брату… И так должно быть и впредь. Трой должен жениться и иметь наследников, потому что моя жена слишком стара, чтобы рожать детей.

— Но у меня нет физических недостатков! Я способна рожать детей! Мы с Троем уже обсуждали этот вопрос и решили завести двоих.

— Я надеялся, что мне удастся решить это дело без неприятных эксцессов. Я прошу тебя не ставить меня в неудобное положение и не вынуждать говорить то, чего мне говорить не хотелось бы, — произнес Тони, тяжело уперевшись ладонями в стол и продолжая рассеянно озираться по сторонам. — Но ты, кажется, не намерена проявить понимание и такт. Тем не менее я еще раз прошу тебя поверить мне на слово, что у меня имеются веские основания противиться вашему с Троем браку. Ну почему ты не хочешь пойти мне навстречу?

— Почему? Я не вижу никаких причин для этого! Что мешает нам стать мужем и женой, объясни же мне наконец! Мне уже восемнадцать лет, по закону я могу выйти за него, и никто не сможет мне помешать осуществить свое законное право!

Тони тяжело опустился в кресло, отодвинулся вместе с ним от стола и, закинув ногу на ногу, стал покачивать ею.