Архив смертников

Ввели режим закрытой территории. Ловили всех любопытных и расстреливали, кто-то пропадал без вести. Потом сюда согнали военнопленных, вели подземное строительство под руководством немецких инженеров строительной организации Тодта. Больше этих пленных никто не видел…

— Тихо!.. — зашипел вдруг Алексей.

От группы солдат отделился плечистый здоровяк с заплывшим лицом и вразвалку направился в их сторону! Видимо, справить нужду в стороне от своих. Но что-то почуял, возможно, ветер подул от леса. Он остановился, прислушался. Широкая лапа взялась за рукоятку автомата, висящего на груди. Эмма сделала большие глаза, прижала палец к губам. Как будто это не он ее предупредил! Они застыли, почти перестали дышать. Гренадер настороженно водил головой, разглядывал кусты, определенно что-то услышал. В глазах появлялся хищный огонек, сжалась челюсть. Он взял автомат на изготовку, сделал попытку забраться на косогор. Доболтались! — мысленно чертыхнулся Алексей, он тоже нащупал автомат и стал ждать. По такому «шкафу» трудно не попасть. «Заодно и проверим, насколько точно она умеет стрелять», — мелькнула мысль…

Солдат оступился, упал на колено и выругался. Товарищи на дороге засмеялись, выкрикивали что-то обидное. Он злобно ругнулся в их адрес, но дальше не полез.

Тем временем радист в машине бросил телефонную трубку и нацепил наушники. Потом стащил их с себя, позвал унтер-офицера, который прохаживался по обочине. Последний внимательно выслушал доклад, кивнул, повернулся к солдатам и что-то передал по цепочке. Особого фурора новость не вызвала, но немного оживила.

— Мы же не собираемся ликвидировать этот пост? — прошептал Алексей.

— Мне бы волю, я бы с удовольствием… — процедила сквозь зубы Эмма. — Пошли отсюда по этой же канаве, на северо-восток…

Они, пригнувшись, отдалялись от поста. И снова Алексей с трудом поспевал за Эммой. Девушка остановилась передохнуть. Она раскраснелась, тяжело дышала. Ослабила завязки косынки, непослушные пряди тут же устремились со лба. Пост остался за деревьями. Вдруг с той стороны донесся гул. Он делался громче, надрывнее. Работали несколько мощных моторов. Эмма облизнула пересохшие губы, сделала знак — ложись! Они опять укрылись за косогором, ждали. К посту приближалось что-то тяжелое, и не одно. Пришлось набраться терпения."

"Когда колонну остановили для проверки документов, двигатели продолжали работать на холостых оборотах. Вскоре трехтонные «опели-блиц» — излюбленные грузовые машины вермахта — проследовали мимо, их сопровождали еще четыре машины. В кабинах находились водители и по одному охраннику. Первые две единицы автотранспорта были самые обычные, с деревянными бортами, со стальными дугами в кузове, на которых колыхался брезент.