Дерзкая подруга сестры, или Проучить тебя

Дикие глазища Сомова мигом выбили весь воздух, еле устояла на ногах.

А теперь еще Евка понесла о каком-то свидании.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Не было у нас ничего. Я просто Илье помогала. Скажи им, скажи?

Хватаю Мошкина за рукав и трясу, трясу, трясу.

— Лиза, ну ты же сама согласилась. Нам разве плохо вдвоем?

Илья заговорил слишком ласково.

Я точно в торговом центре? Может, в психушке уже?

— Не прикидывайся. Сама на Илью вешалась, я видела сто раз, — подливает яд в топку рыбина, наговаривая с большим удовольствием.

— Евсей, ты должен верить мне! — отталкиваю однокурсника.

— Угу, ты отлично помогаешь в этом, Лизок, — мрачно кивает он. — Особенно хотеть давать в табло!

Договорить не успевает, кидаясь на Мошкина. Хватаюсь за Евсея оттянуть, но куда мне. Он впечатывает в лицо Илье кулаком, тот отлетает. Затем ползком, а потом и на ногах убегает от нас.

На меня в это время нападает подлая рыбина.

— Из-за тебя мой кузен получил! Видишь, что ты натворила? Со всеми парнями по свиданиям бегаешь. Все мало тебе!

— Мало будет у тебя волос, когда все повыдергиваю! — шиплю на нее, в любой момент готовясь двинуть.

Только сейчас мне важнее не добить языкастую стерву. У меня горло сжимает от спазма, что мой парень не верит в меня. А слушает ее, противную гадюку.

Предпринимаю последнюю попытку достучаться.

— Евсей, неужели на мои слова тебе все равно?

Бегло и сбивчиво передаю, как Илья подошел, наплел о годовщине родителей, и что мне стало жалко его. Евка постоянно перебивает и обзывает вруньей. Но я игнорирую ее, смотрю в глаза Евсея так, будто мы здесь одни… и никто мне не нужен другой.

Сам ведь обещал, что меня не отпустит, достанет везде. Ну вот, достал. Но почему-то кажется, что больше не захочет держать. Никогда не назовет больше любимой, не прижмет к себе крепко и не скажет, что я только его.

— Заварила ты кашу, малявка, — он роняет в меня с сожалением в голосе. — Быстро отправляйся домой. Хватит с меня твоих оправданий, хоть бы умней что придумала.

Давлю в себе слезы и с шумным хлопком ударяю пощечину еще с утра такому любимому парню. Получается, теперь бывшему.

Последнее, что успеваю — стукнуть Евку рюкзаком. И несусь, несусь со всех ног из торгового центра на улицу. Хотя никто и не собирался догонять. При желании Евсей никогда мне не даст убежать… сейчас я уже не нужна. Зато рыбина рядом, утешит.

Как добираюсь домой, плохо помню, дорогу за окном маршрутки размывает от слез. Я не из тех, кто быстро отчаивается. Но что мне делать, если сердце рвется на части?

Так быстро выкинуть Евсея, как он меня, не смогу… Никогда не могла.