Дочь воина, или Кадеты не сдаются

— Та-ак, — протянула недовольная я, смутно предчувствуя грядущие неприятности, — ты нашел меня, я нашла тебя, теперь давай теряться, ибо время уже.

И я попыталась встать, для чего чуть напряглась…

Резкая боль пронзила все тело!

Она не просто пронзила — она прошлась по мне каленым железом, разрывая, судя по ощущениям, все внутренние органы! Я захрипела, крик, попытавшийся прорваться, стал хрипом, из глаз потекли слезы — сами потекли, я в этом мокром деле вообще не участвовала и только хватала ртом воздух, пытаясь осознать, что происходит! Что?!

Воин отреагировал мгновенно — придвинувшись ближе, обнял, прижав к себе.

Правда, после этого мрачно выругался, но держал крепко. И, едва я прекратила шевелиться, боль начала медленно отступать, оставляя все тело липким и дрожащим. Потом мужик начал что-то говорить на странном языке, успокаивающе поглаживая, нежно целуя мое лицо и пытаясь вернуть в состояние блаженства.

Но мне уже не было хорошо!

Мне было очень, очень, очень страшно! Сейчас, когда я просто лежала не напрягаясь, боль исчезла, но… но это такое жуткое ощущение, словно впереди поворот, а там притаился жуткий и страшный зверь.

И вот пока я лежу, все терпимо, но стоит встать и…

— Какого демона? — разгневанно вскричала я, стараясь не напрягаться. — Ты… ты что со мной сделал?!

На это мне не ответили, но вместе с тем тар-эн продолжал удерживать. На сей раз не в пример крепче. Причем так, что я теперь даже пошевелиться не могла. И он держал до тех пор, пока я не прекратила малейших попыток вырваться. А потом, подняв голову и глядя в мои глаза, тихо произнес:

— Мне жаль… я не хотел.

Но при этом никакого сожаления или чувства вины в глазах, и более того, он еще и продолжил:

— Ты сама пришла ко мне, тьяме.

Ты согласилась. Ты обманом вынудила меня, но я не виню — я получил то, о чем не смел и мечтать. А сейчас просто лежи, сердце мое, моя эйтна прибудет на закате, осталось не более двадцати минут. Я не оставлю тебя, я буду рядом. Всегда.

— Всегда? — испуганно переспросила я.

А воин спокойно сообщил:

— Отныне ты принадлежишь мне.

У меня такое ощущение, что меня только выдернули из рая, а теперь в гроб гвоздями заколачивают. О чем он вообще? О каком обмане? Почему это я «тьяме» и что это такое? А самое главное — я тут не останусь! И вдруг я осмыслила его слова — закат! Двадцать минут!

— Пить хочу, — простонала я, в ужасе осознавая, СКОЛЬКО времени провела с ним.

Это ж несколько часов беспрерывного секса! И все бы ничего, и мне даже очень-очень понравилось, мне настолько понравилось, что я готова на второй заход, если бы не последствия!

— Пить? — воин был явно удивлен.

— Очень… — по моим щекам как-то неожиданно потекли слезы. — Пожалуйста.

Видимо, слезы на него и подействовали.

— Хорошо.