Гарем вне закона

– Мне приказали сопроводить тебя до комнаты, помочь подготовиться и проследить, чтобы тебе никто не чинил препятствий, – мёртвым голосом произнесла Сахаринка. – Поэтому я здесь… Прости…

Мы сидели в одной из гостевых комнат королевского дворца – я, Сияна и Сахаринка. На лице зверодевочки застыло выражение глубокого шока, на лице муравьедевочки – виноватое выражение. А что именно застыло на моём лице, я даже описывать не берусь, ещё не придумало человечество таких эпитетов…

Сказать, что я охерел от заявочки Эгины – значит, ничего не сказать. Настолько внезапно и неожиданно королева выдала свою волю.

– Мама иногда так поступает… – произнесла Сахаринка, виновато глядя на меня. – Она отбирает себе любовников из числа приглянувшихся ей мужчин… особенное внимание уделяет чужестранцам… Это необходимо для Мирмеграда.

– Каким образом королевские интрижки необходимы для города? – кисло поинтересовался я.

– Мама делает это не для удовольствия… точнее, не только для него… – произнесла Сахаринка, чутка покраснев. – Она отбирает себе подходящих мужчин разных рас с сильными генами, чтобы использовать их биоматериал для… для оплодотворения яиц, из которых появятся новые мирмеции, более сильные и жизнеспособные.

– Что? – моё охреневание перешло в новую фазу. То есть я нужен Эгине не просто как партнёр на одну ночь, но ещё и как… гм… племенной производитель?

Сияна, услышав такое, одарила Сахаринку жгучим взглядом, топнула ножкой по полу и издала странный звук – то мявк, то ли тявк, то ли рявк, то ли ещё что-то подобное. В этот момент её звериные инстинкты взяли верх над человеческой половинкой. Рейнджер-фуражир действия зверодевочки проигнорировала, словно той вовсе не существовало.

– У королев мирмеций в теле предусмотрен природный механизм долгосрочного сохранения мужского биоматериала, – произнесла Сахаринка. – Но сам понимаешь, за долгий срок в триста лет любое, даже самое сильное семя придёт в негодность, и королеве надо периодически обновлять запасы. Вот мама и отбирает себе фаворитов. Особенно её интересуют чужестранцы, ведь именно новый неопробованный биоматериал из дальних краёв может дать наилучший эффект.

Сахаринка говорила быстро, как студент на экзамене, использовала много сухих учёных терминов. Видимо, всё для того, чтобы скрыть сильное волнение и вину. Ведь именно из-за её доклада я оказался в подобной ситуации. Хотя злого умысла у мирмеции не было.

– Но я не хочу быть племенным производителем, – произнёс я кисло. – Я, конечно, не против детей… когда-нибудь в будущем, когда буду готов. И желаю сам их воспитывать. А не по чьему-то повелению.