Гарт. Одаренный

Судя по объемным схемам, союзники стягивали в этот район все свободные силы — полторы сотни ударных беспилотников, атмосферные штурмовики и авиагруппы с двух тяжелых носителей. А первый из линейных кораблей, вышедший на низкую орбиту, открыл огонь из своих пушек главного калибра — на схеме пунктирная линия соединила зеленый значок и красное пятно. Шинкль неопределенно пожал плечами, увеличив карту местности — в районе обнаружения чужака должен находиться один из отрядов. Координатор подумал, что теперь о группе Вохлика можно забыть — маловероятно, что бойцы переживут бомбардировку с орбиты.

Болванки, выпущенные из туннельных орудий крупного калибра, косо вонзились в атмосферу, и в верхних слоях мгновенно вспыхнули огненные следы. Первый взрыв беззвучно распустился феерическим цветком рядом с гигантским кораблем. Хотя следующий росчерк уперся прямо в непонятный объект, никакого эффекта от попаданий заметно не было — блестящий кристалл все так же неподвижно висел над бескрайним морем джунглей.

Я удивленно вертел головой, рассматривая парящий над кронами объект — там нависало что-то огромное, оно походило на темный гладкий кристалл.

Некоторые грани объекта еле заметно мерцали. Накатывающая слабость не давала сосредоточиться, а вездесущий свист ввинчивался прямо в мозг, заполняя собой все. Потребовалось несколько секунд для того, чтобы понять — кто-то пытается грубо залезть мне в голову. Я был не в том состоянии, чтобы сопротивляться, поэтому раскрылся навстречу чужой воле.

С закрытыми глазами я видел совсем не ту привычную обстановку, к которой привык, подпитывая свой энергетический резерв. Силовые линии и светящиеся пятна расплылись на мельчайшие части — для меня теперь не составляло труда почувствовать все живое вокруг.

Чужак воспринимался как бурлящее грозовое облако, нависшее над горсткой ярких светлячков, а где-то в отдалении суетилась местная жизнь.

Я почувствовал, как время замедляется и окружающее пространство раскрывается в виде многослойной панорамы, состоящей из тысяч едва заметных нитей и сгустков, пульсирующих в одном ритме. Эти образования складывались в объемные узоры — вскоре я растворился в этой сложной мозаике, став одним из ее элементов.

Неожиданно пришло понимание — Чужак включил меня в свою структуру для того, чтобы получить доступ к воспоминаниям.

Я не стал препятствовать, превратившись в простого зрителя — хлынувший поток мыслеобразов дал понять, что именно интересовало Чужака. Тадж — инопланетный компьютер, с которым научились взаимодействовать старшие мира Кольцо Ларуа. Попутно пришло понимание — это нечто совсем другое. Чужак методично просеивал воспоминания, рассматривая меня, как насекомое, дергающееся на булавке.