Гарт. Одаренный

Кроме зашифрованных личным идентификатором двух приличного размера инфопакетов, там ничего не нашлось. Поэтому я поспешил очистить хранилище от компромата, полагая, что коллеги покойного сейчас землю роют в поисках того, кто наехал на их подопечного.

Как оказалось, «Чирос-32» являлся продвинутым устройством — продавали такой за четырнадцать с половиной тысяч кредитов. А прямо сейчас его готовы были купить за тринадцать восемьсот; правда, потенциальный покупатель располагался на другой орбитальной станции. Я отвлекся, усвоив информацию о системе спроса и предложения, используемой повсеместно.

Любой желающий мог зарегистрироваться в местной торговой системе, выставив товар на продажу, указав стоимость и количество. Ну а для того чтобы потенциальный покупатель купил именно этот товар, следовало выставить самую низкую цену.

Также можно было заявить о намерении купить что-нибудь, указав соответственно цену — самую высокую. И в том и в другом случае требовалось заплатить налог станции и комиссию. Цены требовалось постоянно корректировать, поскольку здоровая конкуренция обогащала организаторов — за каждое действие брался небольшой процент.

Для начала карьеры дельца требовалось изучить несколько необходимых баз, где излагались основы — «Розничная торговля», «Оптовая торговля» и «Аукционная торговля».

Мне стало ясно, что для покупки проще всего лично явиться в компанию, где имеется интересующий товар, а для продажи — воспользоваться услугами компаний-посредников, которые брали долю от суммы сделки, обычно одну десятую.

Я быстро освоился с трофейным планшетом — эксклюзивной моделью производства корпорации «Гарбл», которая производит разные устройства для продажи в слаборазвитых мирах. Присвистнул, узнав цену — такая штуковина продавалась за восемь сотен кредитов. Хотя аналоги оширского производства стоили не больше двух сотен.

Потыкав пальцем в разные значки, я сделал вывод, что изделие по своему функционалу сильно уступает установленной нейросети. Особенно удивило то, что владелец добровольно собирал на себя досье, выкладывая в общий доступ личные данные. Пролистав информацию о хозяине, нашел физиономию покойного торчка, который очень любил холодное оружие и запрещенную дурь. Просмотрев несколько последних записей, я сделал вывод — ничего полезного устройство покойного мне сообщить не сможет. После чего уничтожил всю информацию, подготовив планшет со значком погрызенного фрукта к продаже.

Навестив уже знакомую конторку-посредника, избавился от планшета и внешнего хранилища, выручив тринадцать тысяч сто сорок кредитов. Часть полученных средств собирался вложить в свою экипировку — трофейный «Ручанг-Б» мне не нравился тем, что немного стеснял движения.