Герцог-дьявол

Так Брентворт сумел не слишком прямо передать свое мнение о супруге Страттона как о весьма независимой особе. Если она захочет сегодня посетить театр, то сделает это в любом случае, согласится Страттон или нет.

И как раз когда приятели направлялись к своим ложам, встретили ее под руку с мужем. Разговоры в фойе затихли, стоило войти герцогине. Она выглядела превосходно, была свежа и обаятельна. Несколько дам сразу же бросились поздравлять ее с рождением сына.

– Кажется, никаких пересудов не предвидится, – заметил Габриэль. – То, что герцогиня произвела на свет наследника титула, дает ей в глазах этих гарпий индульгенцию от сплетен.

– И это вполне естественно.

– Ты завидуешь его отцовскому счастью, Брентворт?

– Да. Но только по этому поводу. По другим поводам – нет. – Он вздохнул. – Однако ведь пора. Нам обоим.

– Ты же прекрасно знаешь, что я прав. Мы оба слишком долго избегали брачных уз. Но зову долга нельзя сопротивляться бесконечно. Перемена в этом отношении стала бы органичным продолжением твоего исправления в целом.

– По крайней мере, в моем случае женщина бы знала, на что она идет.

А вот с тобой бедную даму ожидал бы настоящий шок.

Они подошли к Страттону и герцогине. Так как они оба уже видели ее после рождения ребенка, то воздержались от комментариев на этот счет и заговорили о вещах менее важных.

– Я бы хотела посетить несколько лож, – сказала герцогиня. – Вы можете пойти со мной, если хотите.

Габриэль решил сопроводить герцогиню и попутно поговорить со Страттоном. За ним потащился и Брентворт.

Они посетили три ложи, в которых дамы обступили молодую мать и накинулись на нее с вопросами о ребенке.

И Габриэль подумал, неужели Страттон и Клара никогда не устают от одинаковых вопросов, задаваемых им десятки раз.

– А, как я вижу, здесь сегодня леди Фарнсуорт! – воскликнула герцогиня, стоя у барьера одной из лож. – Я должна поговорить с ней.

– Да, в самом деле, – отозвался Габриэль. – Ведь это единственная женщина, к которой ты не демонстрируешь своего полного безразличия. Наверное, боишься, что она оцарапает тебя своим острым пером.

– Все еще в обиде за ту статью, Лэнгфорд? – спросил Страттон.

Герцогиня взглянула на него лукаво, видимо, ее интересовал тот же вопрос.

– Вовсе нет. Если какой-то никому не известный журнал хочет потратить бумагу и типографскую краску на пустую болтовню эксцентричной и властной дамы, это не мое дело.

– Не такой уж он и неизвестный, – заметила герцогиня язвительным тоном. – Друзья говорят, что он процветает и многие в свете уже стали его подписчиками.

– Не могу понять, что их заставило.

– Неужели? – Герцогиня вышла из ложи.

Они прошли по коридору до ложи леди Фарнсуорт. Она была там не одна.