Император Пограничья 11

А теперь ворует миллионы, оправдывая это «стабильностью» и «необходимостью».

Старицкий напрягся, но я продолжил спокойным тоном:

— Власть разъедает. Медленно, незаметно. Сначала небольшой компромисс ради благой цели. Потом ещё один. И ещё. А через двадцать лет вы обнаруживаете себя сидящим в кресле Крамского, делающим то же самое, что презирали в молодости. Помните об этом, когда придёт ваше время.

— Я… я буду помнить, — проректор кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на тревогу.

Он неуклюже сменил тему:

— Дебаты прошли блестяще. Белинский полностью дискредитирован. Не создать базовый защитный контур на глазах у сотен людей… Это катастрофа для его репутации.

— И для репутации всего Совета, — добавил я. — Если их лучший представитель не может продемонстрировать элементарные практические навыки, что говорить об остальных?

— Именно. Завтра это будет во всех газетах. Но Крамской не сдастся просто так. У него огромное влияние, связи с князьями, контроль над ресурсами…

— Поэтому нам нужно действовать быстро, — я наклонился вперёд. — Сколько членов Совета готовы открыто поддержать реформы после сегодняшнего?

Галактион задумался, загибая пальцы.

— Пятеро точно. Может, семеро, если их правильно подтолкнуть. Но это всё равно меньшинство. Крамской контролирует большинство через страх и финансовые рычаги.

— А если убрать финансовые рычаги? Совет купцов Новгорода финансирует Академический совет. Что если они потребуют аудита после разоблачения коррупции?

— Это… это действительно может сработать, — оживился Старицкий. — Михаил Посадник — прагматик. Если он увидит, что деньги купцов разворовываются, то перекроет финансирование.

— Именно на это я и рассчитываю. А пока нам нужно обеспечить безопасность оставшихся. Девятнадцать преподавателей из вашего списка уже перебрались в Угрюм, но четверо всё ещё не приехали.

— Да, они завершают дела, — Старицкий помрачнел. — Крамской пока не знает о списке. Но как только узнает… Он способен на многое, когда загнан в угол.

— Тогда действуем быстро. Свяжитесь с ними сегодня же. Пусть выезжают немедленно. В Угрюме им будет безопаснее.

— Вы очень уверены в себе, маркграф.

— Я уверен в своих методах. И в талантах тех детей, которым традиционная система отказала в праве на образование. Знаете, что показательно? Егор, мальчик, который демонстрировал управление металлом — сын простого кузнеца. Два месяца обучения, и он делает то, что многие Ученики не могут после года занятий.

В этот момент мой магофон издал мелодичный звон. Номер был незнакомый, новгородский код.

— Маркграф Платонов слушает, — ответил я.

— Добрый вечер, Ваше Сиятельство, — раздался вежливый мужской голос с лёгким северным акцентом.