Император Пограничья 11

Умно придумано — в московской форме нас никто не остановит по пути к порталу, мы просто военное подразделение столичного гарнизона. А после телепортации шевроны можно отклеить, превратившись в обычных наёмников в камуфляже — таких в Баку сотни. Никаких следов связи с Москвой, никаких дипломатических осложнений, если что-то пойдёт не так. Голицын явно продумал все детали — даже балаклавы приложил, чтобы скрыть наши лица от персонала портальной сети.

— Переодеваемся, — скомандовал я, отъехав от КПП на безопасное расстояние. — Девушки — в грузовик, мужики — за машины.

Мы остановились на обочине.

Женская часть группы забралась в крытый кузов, задёрнув брезент. Мужчины разбрелись вокруг транспорта, используя машины как ширму от дороги. Евсей стягивал рубаху, демонстрируя покрытый шрамами торс.

— Ого, — присвистнул Гаврила, — ты что, с медведями дрался?

— С женой, — буркнул телохранитель, натягивая камуфляж. — Она поопаснее будет…

— Хорошо смотримся! — хохотнул Михаил, оглядев столпившихся бойцов в разной степени одетости. — Девки сейчас в обморок попадают от зависти!

— Это от восхищения, — парировал Гаврила, натягивая камуфляжные штаны. — Не каждый день такую мужскую красоту увидишь.

— Сам себя не похвалишь… — философски протянул Тимур.

Из грузовика донёсся возмущённый голос Василисы:

— Да сколько можно возиться с этими застёжками! Полина, помоги мне! И вообще, почему молния сзади⁈ Кто так шьёт форму?

— Наверное, тот же гений, который решил добавить двадцать ремней, — проворчала Раиса. — Я как парашютист себя чувствую.

Михаил, переодевавшийся у грузовика, хмыкнул:

— Девушки, вам помочь?

— Попробуй только сунуться! — хором рявкнули из кузова.

— Предлагал же от чистого сердца, — развёл руками боец.

Через десять минут все были в униформе. Надо признать, выглядели мы внушительно — два десятка бойцов в идентичном камуфляже с московскими шевронами производили впечатление элитного подразделения.

Колонна двинулась дальше и вскоре показались высоченные стены Москвы. Транспортный узел портальной сети располагался в промышленном районе столицы. Через полчаса езды среди складов и цехов показалось наше место назначения. Массивное здание из серого камня и стали возвышалось, окружённое тройным периметром охраны. Сюда стекались грузовые артерии половины Москвы — бесконечные вереницы грузовиков въезжали и выезжали через широкие ворота.

Внутри царил организованный хаос. Погрузчики сновали между штабелями ящиков, рабочие перекрикивались, указывая направления. Воздух густел от запаха машинного масла и выхлопных газов, но чем ближе к портальным залам, тем сильнее становился иной аромат — озон и что-то неуловимо металлическое, словно после грозы.