Извращённая любовь

- Ава попыталась вернуть камеру, но безуспешно. - Ты знаешь, сколько времени заняли эти фотографии? Прекрати. Ты… - Она дернула меня за руку. Она не сдвинулась с места. - Ведешь себя… - Еще один рывок, тот же результат. - Неразумно!

- Я защищаю тебя, поскольку ты явно не можешь сделать это сама.

Мое настроение еще больше омрачилось, когда я увидел фотографии, на которых она лежит на кровати и пристально смотрит в камеру. Как долго они с Блонди занимались этим наедине? Не нужно быть гением, чтобы понять, что все это время крутилось у него в голове. Это было то же самое, что пришло бы в голову любому мужчине.

Секс.

Я надеялся, что Блонди понравилась его рабочая пара глаз, пока они у него еще были.

Ава на минуту отступила назад, а затем потянулась к камере в плохо скрытой попытке застать меня врасплох. Я ожидал такого хода, но все равно хмыкнул от удара, когда она вскарабкалась на меня, как гребаная обезьяна-паук. Ее груди касались моей руки, а волосы щекотали кожу.

Моя кровь вскипела от этих ощущений.

Она была так близко, что я мог слышать ее дыхание, вырывающееся из груди. Я старался не замечать, как вздымается ее грудь или как гладко она прижимается к моей коже.

Это были опасные, извращенные мысли, которым не было места в моем сознании. Ни сейчас, ни когда-либо еще.

- Отдай, - приказала она.

Это было почти мило, как она думала, что может приказывать мне.

- Если ты не отдашь его, клянусь Богом, я выйду на улицу в этом наряде.

Еще одна вспышка ярости пронзила меня.

Наши лица были в нескольких дюймах друг от друга, наши слова были такими тихими, что никто, кроме нас, не мог их услышать.

Тем не менее, я опустил голову, чтобы прошептать ей прямо на ухо.

- Если ты хоть шаг ступишь за пределы этой комнаты в таком наряде, я не только удалю все снимки с этой камеры, но и разрушу карьеру твоего "друга" до тех пор, пока ему не придется прибегнуть к рекламе дерьмовых снимков за пять долларов в час на Craigslist.

- Ветреная улыбка коснулась моих губ. - Ты же не хочешь этого, не так ли?

Есть два способа угрожать людям: напасть на них напрямую или напасть на тех, кто им дорог. Я не отказывался ни от того, ни от другого.

Губы Авы дрожали. Она поверила мне, как и должна была, потому что я имел в виду каждое слово. Я не был сенатором или лоббистом, но неприлично большое состояние, толстые файлы с материалами для шантажа и годы работы в сети обеспечили мне более чем справедливую долю влияния в Вашингтоне.

- Да, я такой, и не забывай об этом. - Я выпрямился. - Одевайся.

Ава не стала спорить, но она также отказалась смотреть на меня, когда скрылась в ванной комнате в другом конце коридора, чтобы переодеться.

Блонди и Очкарик уставились на меня так, словно сам дьявол влетел к ним в дом. Тем временем Джулс ухмылялась так, будто смотрела самый интересный фильм года.