Хозяйка усадьбы, или Графиня поневоле

– Отпусти, пожалуйста! – взмолилась я, обращаясь к магии. – У меня ребёнок, дети, Вася! Помоги…

– Поздно, дороги обратно нет! Закрой глаза и растворись в магии, стань частичкой нас, Ольга! – шептали и шептали голоса.

– Рано ей к вам! – в мою голову ворвался знакомый голос Теодора. – Я столько лет ждал свою хозяйку во тьме между мирами, чтобы отдать магическому источнику? – его смех разрастался в моей голове, заглушая манящие и успокаивающие звуки. – Оля, открой глаза!

– Теодор, – прошептала я, всматриваясь в мутную воду. Моргнул огонёк, неясный, белый, я потянула к нему руку.

– Иди на свет, Оленька! – кричал Теодор. В какой-то момент мне показалось, что я вижу маленького серебристого дракончика. Но драконов не бывает! Или бывают?

Я тянулась и тянулась к нему, понимая, что от этого зависит моя жизнь.

– Жива! Жива, моя ненаглядная, – кто-то с силой дёрнул меня за руку, и магический источник отпустил свою жертву.

Я закашлялась, было тяжело дышать, слёзы застилали глаза.

– Дыши! Дыши, госпожа, – Теодор обнимал меня тёплыми белоснежными крыльями, словно коконом. – Сейчас станет легче.

И правда, после его слов боль отступила.

Мои глаза встретились с глазами Василия.

– Вот и всё, – улыбнувшись, произнесла я, погружаясь во тьму.

– Доктор! Я вам голову откушу! Она три дня в себя не приходит.

– Василий Михайлович, отойдите, вы мешаете мне проводить осмотр.

Я чувствовала, что добродушный доктор улыбается.

Как три дня? Я тут же открыла глаза.

– Оленька, – охнули с двух сторон Теодор и Василий.

– Три дня? – слова с трудом покидали мой рот. – Что произошло? Где Сашенька? Настя?

– Оля, всё хорошо, не переживай, – Василий надавил на мои плечи. – С детьми всё в порядке, они под присмотром нянь.

– Ольга Ивановна, разрешите вас осмотреть, – тут же засуетился Август Сергеевич. – Помолчите.

Эскулап водил сначала руками вдоль моего тела, потом артефактами, что-то бубнил себе под нос. Я же, повернув голову вправо, смотрела на осунувшегося Василия.

– Ты не спал? – скорее, не спрашивала, а утверждала, смотря в любимые глаза.

– Ольга Ивановна, я же попросил! – Бабушкин закончил манипуляции и убрал артефакты в саквояж.

– Доктор, как самочувствие нашей госпожи? – Теодор посмотрел на Августа Сергеевича и протянул маленький мешочек с монетами, чем несказанно меня удивил. Тео и раздаёт деньги?

– Что я могу сказать, ещё как минимум два дня постельного режима! Вставать с помощью служанок, – он спрятал деньги в карман. – Я совершенно не понимаю, драгоценная Ольга Ивановна, как вы умудрились потратить не только всю магию, но и задействовать жизненный источник. Беречь себя нужно.

Он поклонился и вышел.

– Расскажите, что произошло. Неужели источник отпустил меня? Я мало что помню.