Князь Серединного мира (СИ)

Теперь уже общество «взорвалось» окончательно, требуя для всех причастных ритуального сожжения заживо.

А Владимиру было не до этого. Когда информационная волна «умерла», прокуратура, экологи и прочие отозвали свои претензии, и работа Дома вновь вошла в нормальную колею. Правда Клариссе пришлось начать разработку защиты от подобного проникновения для Императорского дворца, и всех важных резиденций, но учитывая, что она вот уже вторую неделю ночевала в спальне Влада, реализуя все свои желания, проблемы эфирной безопасности отошли на третий план.

Следуя собственным правилам, Владимир по сложному графику объезжал предприятия и удалённые лаборатории на всех планетах, не забывая и Землю.

Но на Земле всё было понятно и давно упорядочено, а вот на Тумарге, где вовсю ревели потоки воды, смывая вековой лёд в океаны, все не так однозначно. Солевой баланс воды ещё не стабилизировался, открытого грунта пока очень мало, и собственная живность планеты вылезала из глубоких нор крайне неохотно. Но это вопрос времени. Несколько лет, и планета начнёт активно восстанавливаться. А вот на Иртане, дела двигались куда быстрее. На пустом месте, микроорганизмы приживались быстро, и плодились с ураганной скоростью, давая основание для организмов покрупнее. Трава и деревья тоже бурно всходили по всей планете, меняя пыльно-серый пейзаж на приятную глазу зелень.

Особенно бурно она поднялась вокруг храма Анидал в когда-то огромном мегаполисе.

Дома, частью уцелевшие, занимали огромную площадь, но ведьмы наложили на всё узор «распада», и теперь храм стоял просто на холме, окружённом молодым лесом, по которому толпами сновали всякие мелкие грызуны и пока ещё совсем единичные хищники.

Эфирный фон на Иртане, находился в районе средних значений, но от храма Анидал, отчётливо веяло энергией жизни, поэтому всё так колосилось и размножалось, поднимаясь вокруг здания плотным лесом, кишевшим всякой живностью.

Владимир вышел из машины, и жестом оставив вопровождение в салоне, прошёлся по чуть пружинящему травяному ковру к мраморным ступеням, и поднявшись вошёл внутрь. По его просьбе рабочие частично привели храм в порядок, заделав крышу, и убрав самые серьёзные трещины в полу и стенах.

Анидал, с большим искусством вырезанная из кварца, стояла раскинув крылья, но руки, уже не подняты вверх словно в бессильной мольбе, а одна опущена вдоль тела, а другая протянута вперёд.

— Эвон, как. — Владимир, никогда не жаловавшийся на память, оценил изменения в позе скульптуры, и улыбнулся. — Ну, что. Оживает твой мир понемногу. Ещё пара лет, и будет здесь всё кишеть от зверья.

В этот момент от статуи отделилась полупрозрачная фигура, и подплыла чуть ближе.