Кодекс Охотника XXXI

А еще система умного наведения, вместе с быстрой скорострельностью, решают все вопросы с мелкими врагами. И этот дирижабль однажды сможет остановить орду очень мелких и летающих тварей. А если учитывать, сколько патронов он может перевозить на себе, то двадцать четыре часа его предельное время работы на полной мощи.

Уникальные вещи мы любим… Но как же дорого они стоят. Впрочем, наверное, не дороже, чем было потрачено на разработку новых шахт. Мои знакомые виконты слишком нехило берут за такие вот строительства. Но зато все делается качественно, и никакие затопления или обрушения не грозят.

Найти бы еще сильных магов земли и вообще было бы замечательно. Но, как бы я не старался… Не могу этого сделать. Если есть, то только те, которые умеют с помощью своего Дара воевать. А нужно именно управлять камнем, чтобы плавить его, словно пластилин, своей волей, создавая интересные постройки… Ощущать, где и какая есть жила и сообщать мне.

Ладно, это всё мысли и, пожалуй, на этом я закончу с ними. Шнырька вот сладко спит и сопит носом, скрутившись в клубок, напротив меня. А я чем хуже?

На этих мыслях я провалился в глубокий сон.

— Куда мы идем? — спрашивает у меня Лиза.

— Покажу что-то… — ухожу от ответа и продолжаю проверять, всё ли готово.

Проверял я с помощью Шнырьки, который всё показывал мне.

— Эх… Ведь даже на десять минут дома не задержался… — вздыхает она.

Кстати, Ольга все еще молчит и не проронила ни слова с того момента, как я прибыл. Она явно еще находится в шоковом состоянии и не понимает, что вообще произошло. Однако, меч из рук не выпускает. Думаю, она ощущает связь между ними и боится, что я заберу его у нее. Я, кстати, мог бы так сделать, но связь не разорвать.

Так просто и быстро, тут нужны десятилетия, а может и больше. Однако я ничего разрывать не собирался. Как бы мне это не нравилось, такова была воля его бывшего владельца, а он был хорошим человеком и воином, и я уважаю его последнее слово.

— Саш, а там разве уже всё готово? — спрашивает Анна. — Мне казалось, что всё будет готово только ближе к вечеру.

— Они справились быстрее и потому не вижу причин не отправиться туда сразу.

— Вы можете уже сказать, что нас там ждет? — не выдержала Ольга. — А то снова разыгрываете свою конспирацию.

Все мои жены сейчас тоже шли за мной и, конечно, знали, что там будет. Но, само собой, никому из наших гостей не говорили. А зачем? Пусть для них это будет сюрпризом.

— Всему свое время… — только и ответил я Цесаревне, а затем добавил, глядя на ее бледное лицо. — Тебе уже легче?

Легче ей не было… Но тут не только в эмоциях дело, а еще в том, что она, можно сказать, была в плену, а затем работа с душой.

Дальше мы шли молча, и когда прибыли на место, то никто из гостей не понял, что я хочу показать.