Ловушка для дураков

Раньше Петьку Гнуса многие боялись, вот где все у меня были. — Он сжал хилый кулак и противно захихикал.

Артем подумал, что свою кличку Гнус получил недаром. Подлый мужик, и всегда был таким. Есть у Беглова средство, которое заставит его говорить.

— Ну что ж, — равнодушно сказал Артем, подхватив на вилку шляпку гриба, — вольному воля. Ах, хороша чернушка, на зубах скрипит, хозяйка твоя дело знает, — продолжал нахваливать он. — Не захочешь говорить, вольному воля, — повторил Артем. — А спасенному, говорят, рай. Рая, правда, ни мне, ни тебе не видать.

— Это почему же мне не видать? Я от дел давно отошел, грехи свои старые замолил.

— Старые замолил, новые добавиться могут. В Оленьке, внучке своей, ты души не чаешь. Хорошая девочка выросла, поздний ребенок в семье, да и ты сам поздно женился, Оленька правнучкой твоей могла быть, если по годам считать. — Артем, не чокаясь с Гнусом, выпил рюмку коньяку. — Неплохой коньячок. Если ты место в раю присмотрел, там тебя таким угощать будут.

— Да ты что! — заорал Гнус. — На ребенка руку поднимешь?

— Чего ты орешь? — грубо оборвал его Артем. — Засох в своей деревне, как сморчок старый. — Про ребенка разговора не было. Я тебя про Тихаря спрашивал. Не бесплатно, свое получишь. Я человек щедрый, не поскуплюсь. Внучке бриллианты в уши повесишь.

— Артем, зачем пугаешь старого человека, — захныкал Гнус. — Я пошутил, а ты сразу пугать. У меня давление поднялось. Антоновна! заорал он, сверкая глазами.

Та прибежала, запыхавшись.

— Давление померь, сердце заколотило.

Беглов смотрел на этот спектакль спокойно. Пусть потешится. Он видел, что сломил Гнуса и тот куражится для порядку.

Гнус кряхтел и сопел, мучая терпеливую женщину придирками. Артем пожалел ее: тяжело хлеб бабе достается.

— Она жена тебе? — спросил он, когда Антоновна ушла.

— Нет. Я не хочу, так живем. Ее сын из дома попер, она, дура, на него имущество записала раньше времени. Я к себе взял. Живет, как у Христа за пазухой.

— Так чего тебе про Тихаря надо-то? Он у тебя в команде, его бы и спросил.

— Мне удобнее у тебя, — перебил его Артем.

— Крест его к себе в подручные взял. Дела стали делать. Лучше Креста в то время, наверное, взломщика не было. Мастер. Я у Шпака в банде был. Так, мальчишка на подхвате. Тихарь года на два-три меня моложе. Крест его из Рыбинска привез. Наши говорили, что баба там у него была с дочкой. Дочка — от Креста.

— Как фамилия женщины?

Ох, — замотал головой Гнус, — столько времени прошло, мне не вспомнить.

— А говорил, на память не жалуешься.

— Не жалуюсь, — зло оскалился Гнус, как загнанное в угол животное. — Погоди, может, вспомню. — Он закрыл глаза. — Конева, Корнева… — Начал перебирать он. — Не вспомню. На букву К начинается, русская фамилия, не длинная.