Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года

Но в 1863 году ввиду польского восстания наборов было два.

Отставной солдат переходил в состав воинского сословия, и его статус передавался жене и детям. После отставки солдат с успехом принимали в дворники, швейцары, сторожа, писарями в общины, поскольку отставники имели понятие о дисциплине, исполнении приказов, а в армии многие обучались грамоте. В старости, когда отставники становились немощными, государство выплачивало им пансион 36 рублей в год. Не сытно, но существовать на эти деньги можно было.

В 1874 году рекрутство в ходе военной реформы Александра II заменили воинской повинностью.

Так что крестьяне ни холодным, ни огнестрельным оружием не владели. И, как полагал Алексей, еще неизвестно, как они себя поведут в столкновении с превосходящим противником. Случай узнать представился через несколько дней. Подходили к селению, уже смеркаться начало. Все мечтали о теплой избе, щах с хлебушком. И вдруг навстречу кавалерия, десяток всадников, как позже оказалось, поляков. С посвистом, размахиванием саблями. Алексей сразу скомандовал:

– В шеренгу становись! К стрельбе изготовиться!

Времени подсыпать на полку кремневых замков свежего пороха уже не было.

Оставалось надеяться, что не отсырел. Дистанция быстро сокращалась. Уже семьдесят метров, пятьдесят… Или сейчас дать залп, или сомнут.

Нестройный залп. Часть пуль попали в лошадей, часть – во всадников. Но четверо продолжают скакать. Трое партизан из крестьян не выдержали, бросили ружья и побежали. Конечно, страшно, когда на тебя конь летит, всадник саблей сверкает, того и гляди голову снесет. И остается одно: принять на штык, сомкнув строй. У Ивана и Алексея пистолеты. Когда один из всадников уже в нескольких шагах был, Алексей, вырвавшись вперед, выстрелил.

Тут же пистолет в кобуру и второй перебросил из левой руки в правую. Все же он правша, и удобнее всю работу делать правой рукой. Почти сразу грохнул выстрел Ивана, и еще один кавалерист повис на шее коня. Конь по инерции еще скакал, сбил грудью двоих партизан и остановился. На Алексея скачет поляк – синий мундир, сверху тулуп наброшен, рот в крике разинут. Алексей пистолет вскинул, поляк на левое стремя оперся, прикрывшись телом коня. В голову лошади Алексей выстрелил в упор. Лошадь упала, сбив Алексея с ног. Но телом своим она придавила ногу поляку. Тот дергается, желая выбраться. К нему Матвей подскочил, топором голову раскроил. Последний из кавалеристов, видя бесславную гибель своих товарищей, круто развернул коня и пришпорил. Все произошло внезапно, быстро.

Трое сбежавших, видя счастливую развязку, стали возвращаться.

– А вы чего здесь забыли? – встретил их Иван сурово. – Пошли вон, трусы.

Зашумели партизаны. Своих жалко стало. Но дурной пример заразителен, если не наказан.