Останься моей

— Какого хрена происходит, Громов? Ты же опять к ней ездил? Что за игру ты ведешь? Ты и с ней и со мной, да? После нее ко мне приехал?

Я чувствую, как волнение и злость колотят желудок. Меня трясет.

— Ангелина! Успокойся. Я не хотел тебе праздник портить. Но… Раз так все сложилось…

Ангелина… Никогда он меня не называет полным именем!

— Ты мне не хотел праздник испортить? Ты трахаешься со своей бывшей и она живет у тебя…

Его голос гремит на весь салон автомобиля. Я смотрю ему в глаза. Содрогаюсь от беззвучных рыданий.

— Ирина действительно живет у меня! Но я с ней не сплю! Она…

Андрей отворачивается к окну. Руль сжимает. Пару секунд молчит. Ему больно. Ему больно о ней говорить… Мне только хуже становится от своих догадок. Хватаюсь за ручку. Хочу выбежать на улицу. Глоток свежего воздуха сделать хочу. Но замки щелкают. Андрей поворачивается ко мне. Никогда я не видела его таким подавленным.

Я готова была услышать что угодно, но только не это. Меня тошнит. Мне стыдно за свое поведение. И мне стыдно, что я в этот момент ощущаю гребанное облегчение. Он мне не изменял.

— Что с ней? — произношу осевшим голосом и к руке его тянусь.

— Рак мозга. Ей недолго осталось. — Андрей вновь смотрит в окно.

Тишина обрушивается на нас так резко, что кажется, что умерли мы. Что в таких случаях говорят? Из меня словно все слова выкачали.

Надо бы поддержать парня. Сказать что-то. Поддержку…

— Геля… У меня есть сын.

Во мне обрывается все. Одергиваю руку и к животу прижимаю. Кто у него есть?

Я! Я должна была сына ему родить!

Я молчу, а Андрей продолжает словами мне удары в сердце наносить.

— Ему шесть лет. Зовут его Кирилл… И он меня ненавидит…

Мой эгоизм тело сотрясает и криком наружу вырваться хочет. Но я держусь.

«Иногда наши глаза нас подводят»… Всплывает в памяти фраза Андрея.

Меня мои не то что подвели…

Мне теперь придется заново учиться смотреть. Потому что мои до этого не видели ничего.

Мы сидим в полном молчании, а у меня в голове набатом звучат слова Андрея «Геля, у меня есть сын»

Понимаю, что у меня тоже ребенок есть, но…

Это оказывается очень больно.

Боже мой! Сын… От другой женщины… 

За прошедший месяц я раз десять представлял этот разговор.

Вроде такие простые слова, а все вышло с таким надрывом.​ Болит. Прошел целый месяц, а я до сих пор, как в кошмарном сне.

Тишина в салоне авто затягивается. Я не спешу ее нарушать и невольно уношусь в воспоминаниях в тот самый злополучный день. Я ж тогда планировал все точки над "и" расставить. Закончить с Иринкой раз и навсегда. Но…

Когда я переступил порог ее номера я замер…

Она сидела в кресле, в легком халате и смотрела мне в глаза… Худощавая, бледная и… лысая.

Я не отвел от нее взгляд.