Останься моей

Я ягодицы ее в ладонях сжимаю. Смотри-ка! Шутит еще, совсем как взрослая!

— Гормоны у меня не на шутку разыгрались…

Смотрит на меня хищно.

Не отвечаю на Карамелькину шутку, блузку с нее стягиваю.

— Пойдем со мной в душ. Запах этот твой смывать.

— Ты совсем меня не ревнуешь, да?

Вижу, что ее это задевает. А я правда не ревную. Ну глупо это. Я ж взрослый дядя. К чему эта ревность к вымышленным ситуациям? Это она меня ревнует. И к прошлому и к несуществующему, придуманному будущему…

Юбку с Карамельки стягиваю, а затем трусики и тяну под прохладные струи душа. На мою Карамельку попадают капли воды и она громко охает. Затем поднимет на меня взгляд и смущенно улыбается. Запоминаю каждые секунды этого момента. Она сейчас, как открытая книга. Хочу прочесть ее до последней страницы… До самой последней буковки…

Вокруг нас воздух искрит. Желание не только в паху отдает. Оно в мозгу бьется и в сердце стучит.

С этой девочкой с самого начала было не так, как со всеми…

— Я от тебя сума схожу, Гелька. — своим лбом ее касаюсь, потом слизываю капли с ее губ, сжимаю ладонью ее миниатюрную грудь и стон протяжный слышу.

Прижимаю Карамельку к прохладному кафелю и она вскрикивает от неожиданности, затем тихо смеется.

Я смех ее губами ловлю.

— Что смешного, Ангелина Игоревна? Вы так-то нарушаете трудовую дисциплину. Не боитесь, что по статье уволю?

Карамелька меня к себе прижимает. Мочку моего уха закусывает и ласково выдает.

— Не уволите! Не имеете права, я беременная.

Я ухмыляюсь. Бестолковенькая девчонка у меня! Совсем трудовой кодекс не знает.

Ее голубые глаза все негодование во мне к херам плавят. Нет! Отчитывать за прогулы ее надо в другой обстановке! Хотя… Я ж знаю, какая она у меня горячая и податливая. Бесполезно все это… Веревки эти хорошенькие ручки уже вьют из меня…

Приподнимаю мелкую карамельную попку и аккуратно вхожу в свою жену.

Русалка моя ртом воздух хватает, воду с губ моих слизывает, а я дурею и почти сразу пускаюсь в безумный темп.

Надо как-то аккуратнее мне себя вести… Все же жена у меня в положении. Ладно… Когда- ни будь в следующий раз… Шею ее целую, а внутри сердце грохочет так, что аж оглушает…

— Я люблю тебя, Андрей… — как-то слишком жалобно тянет Карамелька.

Взгляд ее ловлю и понимаю, что она услышала совсем не то, что я сказал.

Наверное нельзя ее так отчитывать. Опять в голове себе на придумывала… В любом моем замечании она слышит: «Я тебя больше не люблю»

— Да я тоже тебя люблю, моя малявка. — рвано отвечаю и ускоряюсь.

Карамелька стонет. Громко. Я обожаю ее финал. Она такая беззащитная, такая красивая…

— Ну хоть сюда дети не врываются. — глухо смеюсь. — Теперь будем закрываться тут в обеденный перерыв. — коротко целую.