Пленница Вепря

Когда заходит разговор о вкусной жратве, Алису дважды просить не приходится. Но, войдя в дом и увидев мою мрачную морду, она косится на меня и тихо интересуется о чем-то у моей жены.

— Не знаю, — доносится до меня голос Майи. — У дяди Родиона настроение меняетсякак у девочки. Вот только дурачился и смеялся, а потом будто озверина выпил. Не подходи близко, а то рванет, — хихикает она, явно не подозревая, какая участь ее ждет.

За ужином я мрачно гоняю кусок мяса по тарелке, вполуха слушаю треп родственников, и даже припомнить не могу, почему сразу не раскрутил всю ниточку со старцем Тимофеем. Не выяснил, кто именно надоумил Яну обратиться к шарлатанам.

Убедить больного человека прочитать молитвы, чтобы поправиться — дело нехитрое. Только нужно иметь дар внушения или обладать техниками гипноза. И, похоже, моя новая жена владеет такими приемчиками в совершенстве. Когда мои мать и сестра порываются уехать домой, Майя предлагает им остаться. Что-то буровит по поводу больных позвонков и иголок. И две мои неуправляемые родственницы, которых раньше никак не удавалось заставить пожить в моем доме, легко и радостно соглашаются. Весело шушукаются между собой. Одна лишь Алиса что-то шепчет мужу и не теряет бдительности. Знает, дрянь — добром этот вечер для нее не кончится.

«Я не разочарую тебя, милая», — бурчу в ярости и, как только мама с сестрой поднимаются в свои комнаты, а Саня идет поплавать в бассейн, нарочито вежливо приглашаю:

— Алиса, Майя, прошу в библиотеку…

— Вечер перестает быть томным, — фыркает племянница, а Майя лишь растерянно пожимает плечами.

— Я могу поприсутствовать? — настойчиво осведомляется Павка и вместе с двумя красавицами идет вслед за мной.

— Итак, мои милые авантюристки, — скалюсь я, сжимая кулаки. — Расскажите мне о старце Тимофее и сколько бабок вытрясли из моей бедной жены. Как вам живется, зная, что из-за проклятых денег вы отправили человека на смерть? Тебе не хватало? — гневно гляжу я на обалдевшую племянницу. — Пришла бы и попросила. Я бы дал!

— Ты белены объелся, Родион Александрович? — вскидывает на меня полные глаза слез Майя. — Кто такой старец Тимофей? Какое отношение ко мне имеет твоя первая жена? Ты ничего не попутал?

— Нет, милая, — криво усмехаюсь, поражаясь, как до сих пор не догадался, что попал под влияние Белецкой, — тебя опознали свидетели…

— И кто же это? — резко интересуется Алиса, вставая на защиту подружки. — Учитывая, что посторонних в доме не наблюдалось, это или баба Вера, или деда Витя. Два склочника-подзаборника…

Мысленно я аплодирую племяннице. Не в бровь, а в глаз! Но вскидываюсь и говорю хмуро:

— Какая разница кто! Главное — вашей шайке-лейке пришел конец.

— А факты? — встревает в разговор Павка.