Почти 15 лет

— Ну, это будет похуже, пожалуй…

Но Мариам вмешалась в разговор:

— Не думаю, что сейчас необходимо сравнивать реакции по степени худшести. Будет правильным признать, что обе реакции — и насилие, и такие резкие фразы — не конструктивны. Если вы хотите выстраивать здоровую коммуникацию, вам обоим нужно изобрести другой способ выражения злости.

— Например? — спросил Лев.

— Например, просто говорить о ней. Обсудить, почему вы злитесь. Если не готовы обсуждать, сказать: «Я сейчас злюсь и не могу продолжать разговор, давай вернемся к этому позже».

Лев почувствовал, как Слава погладил его большим пальцем по ладони, и кивнул:

— Хорошо. Я попробую так говорить.

Мариам выжидательно посмотрела на Славу, и тот дал своё согласие:

— Я тоже попробую, — и убрал свою руку от руки Льва. Стало холоднее.

— Мы умеем говорить «хоть о чём-нибудь».

— Видимо, ровно до того момента, пока не возникает спорная ситуация? — уточнила Мариам.

Он промолчал: это было похоже на правду.

— Какой сценарий у ваших ссор? — неожиданно спросила она.

Мужчины переглянулись.

— Проблема ведь не в том, что вы поссорились, верно? Проблема в том, что это повторяется сотни раз по одному и тому же сценарию. Что это за сценарий?

Слава покосился на Льва, потом снова посмотрел на Мариам:

— Сложно сказать… Кажется, их всего три: дети, эмиграция, секс.

— Темы разные, но к ссоре вы, скорее всего, приходите одним и тем же путем. Попробуйте его вспомнить.

— Ну-у-у… — задумался Слава. — Сначала кто-то один предъявляет свою позицию. Например, я говорю, что хочу уехать, а Лев говорит, что он не хочет.

— И что происходит потом?

— Потом он говорит: «Тогда я поехал один».

— Неправда, — нахмурился Слава. — Я не сразу это говорю. Я спрашиваю, почему не хочет ехать Лев, и объясняю, почему хочу уехать я.

— И потом я говорю, что поеду один…

— А вы бы правда поехали один?

— Ну да, я же так и говорю.

— Важно понимать, вы говорите это с мыслью: «Я действительно поеду один, это важно для меня» или с мыслью: «Я скажу ему, что поеду один, а он никуда не денется и тоже согласится». Есть ли у вас понимание, что Лев не оставит эти отношения, когда вы говорите ему, что уедете без него?

Слава, сглотнув, вдруг сказал:

— Да, у меня есть такая мысль. У меня есть мысль, что Лев не согласится на такие условия, и поэтому мне их легче предлагать.

Сначала он растерялся от такого откровения. Потом — обиделся: что это за дешевые манипуляции? А потом разозлился.

— А если бы Лев это принял, вы бы правда уехали один? — спросил Мариам.

Слава, подумав, кивнул:

— Скорее всего, уехал бы. Я принципиальный, мне сложно сдавать назад, это типа… слабо.

— Слабо? — усмехнулся Лев.

— Угу. Ну, типа… раз сказал, то делай до конца.

— Звучит маскулинно, — сыронизировал он.