Почти 15 лет

Сказал:

— Ничего серьёзного, — заверил Макс. — Просто хочу, чтобы ты развеялся.

— Звучит по-прежнему серьёзно.

Тогда Макс с наигранным кокетством в голосе признался:

— Я купил косметику. Накрасишь меня?

Это был третий контрольный выстрел. Третий — после вопроса: «Как Мики?» и после шуток про отца. Трудно устоять перед мужчиной, который заботится о твоих детях, издевается над статистикой разводов и просит сделать ему макияж. Слава чувствовал, как его преданное сердце, закрытое под замок, потеряло остатки своей защиты.

Конечно, он сказал ему: «Пойдем».

И, конечно, он понимал, что наведаться в гости к мужчине, который носит тебе еду в контейнере, пока ты сидишь в палате у ребёнка — это не шутки. Всё серьёзно.

Дом Макса был похож на новосибирский дом у моря: такой же небольшой, с одной спальней и гостиной, соединенной с кухней. Других комнат не было, лестница вверх вела на чердак.

Они прошли в спальню, мимо кровати, к заваленному чертежами, измерительными приборами и карандашами письменному столу. Макс, ничуть не жалея своих трудов, смахнул все чертежи на пол, а карандаши и линейки убрал в нижний ящик стола.

Из верхнего же вытащил палетку теней, подводку для глаз и хайлайтер. Сказал: — Я консультировался с бьюти-блогерами с Ютуба.

— Вау, — засмеялся Слава. — Лично?

— Ну, я их смотрел, — улыбнулся Макс. — Это считается за консультацию?

Он отодвинул косметику в сторону, и сел рядом, на стол, оказавшись лицом к лицу со Славой. На краю стола, на прищепке, крепилась длинная чертежная лампа, и Слава включил её для лучшего освещения «рабочей зоны».

— Ощущаю себя визажистом, — пошутил он.

Взяв палетку в руки, он растерянно спросил:

— Типа кисти и всё такое? — догадался Макс.

— Об этом бьюти-блогеры не говорили.

Слава, улыбнувшись, предложил:

Он и сам чувствовал, сколько сексуального напряжения в его словах. Макс, закусив нижнюю губу, кивнул:

Слава, не думая, опустил палец в тёмно-синие тени. Их тела находились почти вплотную друг к другу, а оставшееся расстояние наэлектризовывалось с каждой секундой, и тёмно-синие тени казались самым неважным из всего, что происходило, но отчего-то они оба делали вид, что их это волнует.

Он потянулся к Максу, чтобы провести пальцем по векам, и парень раздвинул колени, пропуская Славу ближе к столу. Или ближе к себе. К своему телу. Когда Слава принял это приглашение, вставая между его ног, весь Макс тоже придвинулся ближе. Расстояние стало слишком интимным, чтобы продолжать его не замечать.

Слава терпеливо провел пальцем по правому веку, растушевал. Потом точно также по левому — потому что дела нужно доводить до конца.