Полное каре

Ему не хотелось, чтобы их разговор слышали обе молодые женщины.

– Я не знаю, как мне быть, – признался Бибилаури, – мне все время кажется, что меня тоже хотят убить. Сегодня за завтраком я случайно столкнулся с Айдаром Досынбековым. Видели бы вы, как он посмотрел на меня. Потом усмехнулся и спрашивает, зачем это я пригласил Чеботаря. Я ему ответил, что он мой старый знакомый. Он опять очень нехорошо улыбнулся и пошел дальше. Как вы думаете, что с нами будет? Может, он все понял и теперь хочет организовать мое убийство?

– Вам не нужно было вообще принимать участие в этой игре, – в сердцах произнес Дронго, – если вы не были готовы к подобному развитию событий. Нужно было понимать, что исчезновение Шульмана так или иначе породит непредвиденную реакцию других партнеров. И не факт, что самым опасным среди них может оказаться именно Досынбеков. Вполне вероятно, что в игру вступил и другой заинтересованный профессионал, о котором мы ничего не знаем.

– Может, мне лучше уехать? – спросил Бибилаури.

– Сейчас уже поздно, – возразил Дронго, – и ваш отъезд будет воспринят как косвенное признание своей вины. Будет гораздо лучше, если вы перестанете паниковать, возьмете себя в руки и научитесь адекватно воспринимать события. Не нервничайте. Вам пока ничего не может угрожать. Даже если кто-то из ваших соперников за игровым столом организовал убийство Чеботаря, вам лично это ничем не грозит. Вы нужны здесь как участник игры, и поэтому до завтрашнего вечера вас никто и пальцем не тронет.

– Убежден. Поэтому возвращайтесь в свой отель, и мы увидимся с вами на игре. Сегодня она снова начинается в девять вечера?

– Нет, в восемь. У вас осталось разрешение на присутствие в игровой комнате?

– Приглашение для почетных членов клуба, – кивнул Дронго, – да, оно у меня. Благодаря помощи мадам Меранже.

– Вам повезло. Обычно туда никого не пускают. Но мне будет спокойнее, когда вы будете рядом. И, пожалуйста, никуда не уходите.

– Не уйду, – пообещал Дронго, еще даже не подозревая, что не сможет сдержать своего обещания.

Бибилаури быстро вышел из холла отеля. Дронго вернулся к оживленно разговаривающим женщинам.

– Этот грузин мне не нравится, – заявила Лидия, – какой-то он ненастоящий.

– Что вы имеет в виду? – улыбнулся Дронго, усаживаясь рядом с ними.

– Он какой-то беспокойный, нервный. И совсем не похож на грузина. Говорит без характерного акцента.

– Господин Бибилаури вырос на Украине, – пояснил Дронго, – отсюда его чистый русский язык, даже с примесью некоторых украинизмов. У него мама украинка, а супруга полька.

– Полный интернационал, – улыбнулась Лидия, – значит, сегодня они опять продолжат свою «Большую игру». Придется снова идти туда.