Провинциальная девчонка

– Оказалось, что твоя кузина все-таки помнит о родных. Майк, иди сюда и садись. Мне нужно сообщить тебе нечто важное. Тео, ты тоже садись. Я хочу, чтобы ты посмотрел кое-какие снимки.

Тео выдвинул стул для Мишель, а сам устроился рядом Джейк взял дочь за руку и посмотрел в глаза.

– Крепись, детка. Понимаю, каким потрясением это будет для тебя.

– Никто, – заверил отец, удивленно моргая. – Речь идет о твоей кузине, Кэтрин Боден.

– Той, которая уже умерла, – вставил Джон Поль.

– Разумеется, умерла. У нас в семье только одна кузина, со стороны твоей мамы, – объявил Джейк.

– А что с Кэтрин? – спросила Мишель.

– Она оставила нам деньги. Гору денег! – объяснил отец. Мишель ему не поверила.

– О, папа, это, должно быть, ошибка. Кэтрин ни за что не оставила бы нам деньги.

– Говорю же, оставила, – твердил отец. – Знаю, это звучит совершенно не правдоподобно, но ведь я предупреждал: крепись. Кэтрин составила завещание.

– Но почему она это сделала? Кэтрин нас ненавидела.

– Не говори так, – упрекнул отец и, вытащив из кармана Носовой платок, вытер глаза. – Твоя кузина была замечательной женщиной. – Это называется переделкой истории, – пробормотал Джон Поль.

Мишель, все еще сомневаясь, покачала головой:

– Все равно это ошибка.

– Нет, детка. Никакой ошибки. Неужели не хочешь узнать, сколько мы получили?

– Хочу, – кивнула она, гадая, какую шутку задумала сыграть Кэтрин. Судя по тому, что она слышала от братьев, кузине была присуща некоторая жестокость.

– Твоя дорогая кузина оставила каждому из нас по сто тысяч долларов.

Мишель непонимающе хлопнула глазами.

– Тысяч долларов, – докончил отец. – Я только что говорил по телефону с Реми. Позвонил твоему брату и рассказал о щедрости кузины.

И представляешь, он отреагировал точно так же, как ты и Джон Поль. К сожалению, оказалось, что я вырастил трех циников.

Мишель все никак не могла осмыслить столь поразительную новость.

– Кэтрин Боден… дала… сто тысяч…

– Ты что-то стала заикаться, младшая сестренка, – рассмеялся Джон Поль.

– А ну-ка помолчи, – приказал отец и уже мягче обратился к Мишель:

– Видишь, детка? Кэтрин вовсе не ненавидела нас. Просто была не слишком близка с родными. Да и к чему мы ей? Она была… другой, а мы служили напоминанием о тяжелых временах.

Мишель неожиданно сообразила, что Тео не имеет ни малейшего представления, о чем идет речь.

– Моей кузине было лет семь-восемь, когда ее мать вышла замуж за очень богатого человека по фамилии Боден. Они переехали в Новый Орлеан и почти оборвали всякие связи с нами. Я никогда не видела Кэтрин и даже не говорила с ней по телефону. Поэтому и поверить не могу, что она оставила нам наследство.

– Моя жена и мать Кэтрин были сестрами, – пояснил Джейк. – Ее звали Джун, но для нас всех она была Джуни.