Провинциальная девчонка

– Вы не успели прочитать письмо? – спросила она.

– Еще нет. Однако я уверен, что за всем этим стоит Джон Рассел, и поэтому хочу прижать его. Но для этого мне необходима ваша помощь.

– Он злой человек. Великий грешник, – прошептала она. – И после смерти попадет в ад. Знаете, ведь это он убил ее.

Ее тон был почти небрежным, словно ужасная новость неделями муссировалась во всех газетах.

– То есть как убил Кэтрин?

– Да. У меня нет доказательств, – поспешно пояснила Роза. – Но я сердцем чувствую. Люди со «скорой помощи», приехавшие в дом… один из них сказал мне что она задохнулась, поперхнувшись карамелью.

И тогда я узнала правду.

Она сокрушенно покачала головой.

– Она не стала бы есть карамель. У нее зубной мост расшатался, и Кэтрин постоянно тревожилась, что он может сломаться, а она никогда не выходила из дома, так что о дантисте не могло быть и речи. Мистер Рассел каждый вечер приносил ей коробку шоколада, а потом уходил к своим потаскухам, но Кэтрин ела только мягкие конфеты. Она никогда бы не прикоснулась к карамели.

Роза перекрестилась и молитвенно сложила руки.

– Вы должны найти доказательства и арестовать Джона Рассела. Просто грех – позволить такому ужасному человеку остаться безнаказанным. Сделайте это ради Кэтрин и меня!

– Попытаюсь, – пообещал он. – Кэтрин проведала насчет делишек Джона, верно? Поэтому и оставила ему всего сто долларов по завещанию?

– Да, она подслушала его телефонный разговор с любовницей. Он осыпал жену самыми гнусными ругательствами. Бедняжка несколько дней плакала. А потом, как-то вечером, она услышала еще один разговор с каким-то человеком, относительно каких-то счетов за границей.

Он уговаривал того человека не волноваться. Мол, никто ни о чем не узнает, потому что все записи остались только в его домашнем компьютере.

Тео по привычке стал делать заметки. Роза продолжала рассказывать все, что знала о Кэтрин.

– Как она сумела взломать его файлы? Разгадать пароль?

– Продолжала подслушивать его разговоры и дважды услышала, как он упомянул какой-то «Соуин-клуб». А когда на следующий день ушел на работу, а горничную я отослала в магазин за продуктами, я помогла ей спуститься в библиотеку.

Она напечатала эти два слова, но допуска не получила. Оказалось, что она сделала ошибку в первом. Кэтрин была очень умной. Второй раз она все напечатала правильно и открыла файлы.

– Значит, нужно было писать «sowing», от слова «сеять», а не «sewing», от слова «шить»?

– Именно так, сказала Кэтрин.

– А не говорила она, что было в этих файлах?

– Вроде бы ее муж делал с деньгами что-то незаконное. Тео потер подбородок.