Ружемант 5 (СИ)

Словно змея, заместительница Бейки перескакивала с зрительских кресел, не боясь свернуть шею. По ней стреляли, но тщетно — на пике возможностей, извернувшись в пируэте, мягко прокатилась по полу. Дробовик кашлянул почти к ней вплотную, но удача, буст к которой дала ей Белка, сыграла свою роль.

Вырвала винтовку из рук дерзкого, но мертвого молодца, очередью наискосок срезала ближайшего бедолагу. Второму заехала в челюсть прикладом. Ружеклятье, брошенное мной, обратило дробовик бойца в хлам: не в силах понять, почему не стреляет бедолага уставился на ствол.

Четвертого поразила Белка, пятому я прострелил колени за миг до того, как он собрался бежать. Будет у нас с ним неприятный разговор…

Он пытался уползти, да кто ж ему позволит. Бормотал что-то бессвязное на басурманском, ухнул в пучины отчаяния, заслышав щелчок за спиной. Обернуться у него не хватило сил.

— Айка, сможешь что из него выудить? — жалел, что с нами нет Влады. Та живо смогла бы разговорить даже статую.

Девчонка коснулась спины несчастного пальцем, будто боялась запачкаться кровью. Я взял инициативу в свои руки: забрал из ее рук винтовку, выдал очередь в потолок.

— Всем оставаться на своих местах, дамы и господа!

— В-вы берете нас в заложники? — Какая-то девица спутала меня с террористом. Покачал головой в ответ.

— Нет. Но пока вы здесь, находитесь под моей защитой. За стенами этого здания я не могу гарантировать вашу безопасность!

Представил, как смотрюсь в смокинге со штурмовой винтовкой: а ведь прав был Император! Дипломат, способный разрулить даже подобную ситуацию и выйти из нее победителем, на вес золота.

Поправил самого себя — скажем, ситуация все еще не под контролем.

— Мятежник! Я требую объяснения! — Кьярра встала над несчастным с самым невозмутимым видом.

Тот ответил ей смехом, обреченно покачал головой.

— Кто захочет быть под властью малолетки?

— Попридержи язык! — Девчонка пнула бедолагу, перевернула на спину. — Ты говоришь с представительницей рода Цаесар! Сама твоя жизнь — уже заслуга моих предков. Сомневался ли ты в их величии, пожиная плоды их стараний?

Это когда она успела такой серьезной стать? Или сыграли, наконец, закладываемые едва ли не с колыбели модели поведения?

Камеры, еще недавно снимавшие подписание мирного договора, как одна уставились на нее. Кьярра стояла непоколебимой стеной, поганцу нечего было ей ответить.

— Айка, ну? — спросил у девчонки: должно же было быть в его эмоциях что-то еще.

— О-он решительный, — потупив взгляд, ответила она. — Н-недавно стал. Буквально в-вот…

Прищурился — и что делать с этой информацией? Но вмиг понял: не иначе, как до того его душили сомнения. Повлияло что-то, о чем мы не знаем.