Чехов. Книга 12. Танец со смертью

Женщины горячо поддержали Чехову и направились на кухню, оставив нас с Фомой в гостиной.

— Интересно, почему Свиридов еще не сбежал? — задумчиво протянул я.

Питерский пожал плечами:

— Поди знай, вашество! Но кустодии уже наверняка присматривают за семьей судьи. Неофициально, конечно.

— Тогда у него один путь: идти каяться, — заметил я. — Но он не торопится этого делать. Почему?

— Поди знай, — повторил Фома и хитро прищурился. — А может, он надеется, что его пронесет? Или задумал что дурное…

— Это вряд ли, — усомнился я. — Он все же не совсем глупый…

— Раз попер против некроманта и Чеховых, то ума он небольшого, — заявил Фома.

— Ты как сам? — наконец спросил я, убедившись, что нас никто не слышит.

— Боязно, вашество. Беспокоюсь о том, что не справлюсь.

— Напрасно, — мягко возразил я. — Ты ведь не лыком шит. И многое в этой жизни испытал.

— Так-то оно так, да только раньше я отвечал сам за себя. И жил один. А тепереча у меня есть семья, которую я не могу подвести. Скоро будет супруга… — Парень смутился и заговорщически понизил голос. — Я решил, что надо предложить ей замужество до того, как официально станет известно про отчество. А не то она смутилась бы. А там глядишь — и отказала бы.

— Не думаю… — хмыкнул я, вспомнив, как девушка смотрела на Питерского.

— Я ведь раньше всех девиц считал вредными и падкими на деньги.

— Не припомню такого, — солгал я."

"— Было дело, — кивнул парень. — Да только с Иришкой все не так. Она хорошая. И Зинаида, мамка ее, приличная женщина. Хотя и беспокоится, что мы торопимся. Но я ей сказал: чего тянуть? Я сразу понял, что Иришка мне по сердцу. Решение свое не изменю и доверие ее не предам. Гулять не стану. Из дома нести ничего не буду. В карты я не играю. Вином не увлекаюсь. Не курю.

— Сплошные плюсы, — согласился я.

— А то, что ем много, так это конституция у меня такая, — продолжил парень, вспоминая свой диалог с будущей тещей. — Еще я намекнул, что иногда становлюсь на четыре лапы. Но Иришка осторожно эту тему закрыла. Как я понял, она беспокоится, что ее матушка испугается моего зверя.

— Вот с этим лучше сразу все порешать. Все равно станет известно, кто ты таков, — произнес я задумчиво.

— Мне тоже так кажется, вашество, — кинула парень. — Но Иришка очень боится, что матушка не даст благословения, если заранее узнает, что я… того… кот!

Фома тяжело вздохнул и покосился на кухонную дверь, откуда доносился девичий смех.

— Думаешь, она не принимает твою вторую сущность? — уточнил я.

— Принимает, — ответил Питерский, улыбнувшись. — Тоже на мои уши смотрит и спрашивает, какой у меня хвост. Прямо как наша Яблокова!

— Значит, не торопи ее, — решительно заявил я. — Она свою матушку знает получше твоего. Быть может, и впрямь ей надо позже обо всем проведать.