Союз пяти королевств. Трилогия
– Когда тебя похитили в Форше, я пришел в отчаяние. Поверь, у меня имелся огромный запас денег, и я бы выиграл торги. Видимо, противник правильно оценил мои возможности, поэтому осуществил свой кровавый план. Одна из убитых в шатре женщин оказалась женой Кречета, и я отмел все обвинения в его коварстве. Я видел, как он плакал над трупом. Такое не сыграешь. Мы пытались схватить людей в черных балахонах, чтобы выяснить, куда тебя увезли, но жрецы испарились на глазах. Тогда я впервые узнал, как они пользуются Дорогой Бахриманов. Я тут же сделал засечку в памяти – найти магическое средство, препятствующее открытию портала.
Слова о войне испугали Свон, и она невольно вцепилась в Эдуарда так сильно, словно он прямо сейчас мог исчезнуть.
– Ты задушишь меня, дорогая, – засмеялся Эдуард. – Я постараюсь, чтобы мир избежал кровопролития. Мы с отцом готовы противостоять жрецам и припасли оружие для борьбы с ними – те самые ловушки. Осталось рассказать соседям и дружественным государствам о коварных планах жрецов из Сулейха. Но давай отвлечемся от темы войны. Я расскажу тебе, как я узнал, что милая старушка из замка Леоль – это ты.
Свон опустила глаза. Имя Леоль всколыхнуло страшные воспоминания. Ей стало трудно дышать, душили слезы. Видя, как покраснел на морозе нос Свон, Эдуард натянул шарф на ее лицо, оставив открытыми только глаза.
– Как ты думаешь, если в замке, где работают тщательно отобранные люди, появится, пусть в страшной суматохе, незнакомая пожилая женщина, ее не заметят? Не забывай, замок находится на острове и слуги хорошо знают друг друга. Поняв, что ты не сгорела в комнате, я сопоставил исчезновение молодой девицы и появление зрелой дамы.
– Нет, у многих местных служанок тоже были светлые волосы. Поверь, я расспросил каждую из них, когда пытался понять, куда ты делась. И заметил одну особенность: служанки все, как одна, высоко выбривали лбы, а косы туго заплетали. Это являлось правилом, за этим жрецы тщательно следили.
– Я тоже гадал, зачем? Оказывается, чтобы чепец сидел плотнее, и ни один волос не выбивался наружу. Так у них принято.

















