Союз пяти королевств. Трилогия

Королева с недовольством посмотрела на подругу и сыновей, и разговор о хорошеньких ножках прекратился. Все принялись обсуждать некую графиню Валлот, оконфузившуюся на последнем балу, поскользнувшись на ступеньках танцевальной залы.

Когда Свон протянула руку, выкладывая щипцами хлеб около темноволосого принца, он вдруг схватил ее за запястье.

Свон в испуге отдернула ладонь и отступила на шаг, едва не опрокинув блюдо с хлебом на пол.

Принц же, упустив руку, отступать не собирался – он потянулся к чепцу служанки, желая его сдернуть, но недовольный возглас леди Алель не позволил случиться столь непонятному интересу высокородного господина к простой служанке.

Принц сразу понял, что своими действиями вызвал недоумение, поэтому сдался и вернулся на место.

– Простите, Ваше Высочество! Вас задела простолюдинка? – графиня Шовеллер, увидев странную реакцию гостя, решила, что неловкая подавальщица хлеба оскорбила его. Посмотрев на отпрянувшую служанку, выговорила, как хлопнула по лицу: – Пошла вон, деревенщина!

«Деревенщина», сунув блюдо подоспевшему распорядителю, кинулась прочь.

На выходе произошла сутолока, и один из торопящихся покинуть прием мужчин вдруг рухнул на пол, в полете цепляясь за плечо Свон. Она непременно упала бы следом, если бы не стоящий рядом человек, который чудом удержал ее, но лишь для того, что хлопнуть по заднице и пьяно рассмеяться, дыхнув густым перегаром.

Свон замерла. Спасителем оказался не кто иной, как близнец Маларкей. Ища помощи, она огляделась и узнала в лежащем на полу мужчине Дака, который скулил, ругая Канарда за подножку. Маларкей, издевательски улюлюкая, отпихнул от себя служанку, не признав в ней старую знакомую, и Свон, поблагодарив небо и кухарку Амали за серый чепец и невзрачную одежду служанки, покинула шумный зал.

Проходя мимо ниши, укрытой гобеленом с пасторальной картинкой, Свон невольно подслушала беседу двух дам, которые, не стесняясь, обсуждали достоинства принцев. Еще бы, такие красавцы могли бы вскружить голову любой женщине! Свон не стала лукавить – принцы действительно были великолепны, и она могла бы влюбиться в любого из них. Размышляя над этим, она приложила руку к груди, где впервые в жизни ее сердце заныло от желания любить. Но кто она такая? Служанке совсем не пристало мечтать о высокородных женихах.

После шумного застолья гости никак не желали успокоиться и разойтись по отведенным им покоям, даже в саду слышались смех и женские вскрики. Для опьяненных вседозволенностью мужчин не существовало преград в виде закрытых дверей, которые азартно выбивались. Служанки вместо того, чтобы убирать помещения, жались на кухне, ища там защиты от особо ретивых кавалеров.