Союз пяти королевств. Трилогия

Стоит заглянуть Лозе в глаза, как ты тут же переносишься в какое-то странное место, где вместо снега желтый песок, высокие деревья колышут огромными листьями, собранными в охапку на макушке, а жуткие лошади с одним или двумя горбами идут медленно, будто лениво. С тобой такие видения не случались?

– Нет, – мотнул головой Змей. – С чего бы мне мужику в глаза заглядывать? И тебе не советую.

Его горячая ладонь легла поверх пальцев царевны. Она не стала убирать руку, боясь вновь обидеть друга, который делился с ней секретами и теплом. И оберегал. Пусть неловко, а порой и некстати. В памяти всплыл случай, когда Змей вмешался в ее разговор с одним из воспитанников, потянув за рукав. «Камень козел, не смей с ним связываться», – прошептал он доверительно. Пусть рыжий был груб и невоспитан, но Луна рядом с ним чувствовала себя спокойно.

– Как ты думаешь, Лозе дали Первозданный камень?

– Ему первому старуха Даруня вручила.

– Ого! Выходит, его дар монастырю важен? Интересно, чего такого Лоза может пожелать?

– А ты? Чего ты желаешь?

Где-то дней через десять после того, как царевна узнала, что Кольцо Жизни было сотворено в монастыре, сестра Даруня позвала ее в лабораторию, хозяйкой которой, как выяснилось тут же, она являлась.

Это там, в царстве магических зелий, царевна столкнулась с Лозой, выронившим от неожиданности поднос с полупустыми склянками, которые разбились на мелкие осколки. Густо запахло травами и чем-то резким, душным, но двое не сдвинулись с места. Луна, словно завороженная, смотрела в глаза черноголового воспитанника и вновь была утянута в призрачный мир, где по бескрайним пескам мягко шли горбатые чудовища, а на их спинах сидели погонщики, с головой укрытые от палящего солнца полупрозрачной тканью. И опять мужской голос затянул заунывную песню, которую подхватил жаркий ветер – он завыл, зашелестел золотом песчинок.

– А, пришла, детонька! – иллюзию развеял скрипучий голос Даруни. Взмахом руки она отослала Лозу прочь. Тот поклонился, прижав ладонь к груди, скользнул насмешливым взглядом по Луне, которая нащупывала спиной опору, и, осторожно ступая по разноцветным осколкам, исчез за дверью.

«Интересно, почему он перестал приходить в трапезную? Неужели из-за меня? А может, Стрела довела своей ревностью? – раз уж мысли увели Луну к «соперницам», то тут же вспомнился еще один воспитанник, о котором спрашивать ту же Лилию было неловко. – И Ветер не показывается. А его куда унесло-то?»

Старушка, между тем наблюдая за царевной, загадочно улыбалась.

Луна, заметив ту улыбку, мысленно одернула себя, поспешно отлипла от стены и, повинуясь жесту монахини, пошла за ней следом.