Судьба бастарда

В один из дней он подошёл ко мне и извинился за своё поведение. При этом в его глазах явно был виден страх.

С каждым таким случаем у меня нарастало чувство негодования и отвращения к этим надменным кадетам, которые считали, что могут командовать и унижать других. Я не мог понять, как, не имея ещё никаких заслуг, они считали, что могут требовать безоговорочного подчинения. Мне приходилось каждый раз напоминать им и себе, что военный – это человек чести и достоинства, а значит, всё, что мы делаем, должно основываться на уважении к себе и другим.

Время от времени находились ещё те, кто пробовал завести себе «слуг», но постепенно они поняли, что со мной и моими подчинёнными лучше не связываться. Ибо это больно.

По окончании каждого учебного года я с нетерпением ждал отпуска и отбытия в родное имение. Долгожданный путь домой, а затем первые шаги по знакомым дорожкам, возвращали меня к спокойствию и свободе, которых так не хватало в учебных стенах. Здесь не было строгого распорядка, построений и команд – лишь мягкое солнце, зелёные луга и леса, что окружали наше имение, наполняя его тишиной и уютом.

Рыбалка на нашем старом пруду стала моим любимым занятием. Сидя на берегу с удочкой, я часами мог наблюдать за тихой гладью воды, за плавными кругами от ленивых рыб, порой высовывающихся из воды. Это было время, когда можно было остаться наедине с мыслями, вспомнить прошедший год и просто погрузиться в покой. Я внимательно следил за поплавком, наслаждаясь редкими моментами тишины и покоя, которые здесь, в окружении тихой природы, обретали особый смысл.

Каждое утро начиналось с прогулки верхом, а после я снова возвращался к пруду, где ждал терпеливой рыбалки. В эти минуты я чувствовал, как силы возвращаются ко мне.

Конечно, я не мог провести все каникулы, бездельничая и развлекаясь на рыбалке. Всё-таки у меня была одна цель, к которой я давно стремился, и именно сейчас у меня наконец появилось время взяться за неё всерьёз. Дело в том, что ещё до поступления в кадетский корпус я понял, что есть одна вещь, которой в этом мире мне катастрофически не хватает, – шариковая ручка. Писать пером, окуная его каждые несколько слов в чернильницу, было занятием не для слабонервных. Конечно, за годы учёбы я освоил это дело и пишу вполне прилично. Но хватит с меня этих средневековых мучений! Шариковая ручка – вот что я решил подарить этому миру.

Отдохнув несколько дней и насладившись покоем имения, я отправился в Лидорн. Там, среди всех мастеров, был мне нужен только один – ювелир. Ведь кому, как не ювелиру, можно доверить создание наконечника и крохотного шарика для будущей ручки? Это ведь не сапоги чинить и не мебель точить – нужна аккуратность, точность и особая тщательность.