Судьба бастарда

Андрей покраснел, и, неловко махнув рукой, попытался объясниться:

– В общем, она действительно мне симпатична, и, думаю… ну, присутствие друзей меня подбодрит, что ли.

Я рассмеялся, похлопав его по плечу.

– Помочь другу в амурных делах – дело святое, – ответил я. – Конечно, я согласен.

– Вот спасибо, Эрвин! – обрадовался Андрей. – С вами-то мне будет проще.

Мы отправились к майору Штайнеру, чтобы попросить увольнение. Как только мы вошли в его кабинет, он, отложив бумаги, вопросительно посмотрел на нас.

– Итак, в чём дело, господа?

Я сделал шаг вперёд и пояснил:

– Господин майор, мы хотели бы попросить увольнение.

Повод – посещение дня рождения родственницы Андрея.

Штайнер изучающе посмотрел на нас, а потом кивнул:

– Вы трое отличники и дисциплину не нарушали. Хорошо, разрешаю. Но чтобы никаких приключений! Я надеюсь на ваше благоразумие, господа.

Андрей стоял с едва заметной улыбкой, а Саймон легонько толкнул его локтем.

– Слышал? Без приключений, – шепнул он, еле сдерживая смех.

– Разрешите идти, господин майор? – спросил я.

– Идите, и помните, что к вам теперь будет повышенное внимание. Не уроните честь нашего корпуса, господа кадеты, – с едва скрытой усмешкой ответил Штайнер.

Мы дружно покинули кабинет, и едва оказавшись за дверью, Андрей воскликнул:

– Всё! Теперь уж точно всё получится!

Мы ехали в поместье на карете, и, судя по виду из окон, оно находилось в живописной местности примерно в десяти километрах от столицы. Леса и поля, словно акварельный фон, сменяли друг друга за окном, и я заметил, что Андрей стал немного нервничать, поглядывая на нас с Саймоном и потирая руки.

– Ты чего такой взволнованный? – спросил его Саймон, подмигивая.

 – Готовишься к встрече?

Андрей покраснел и пробормотал:

– Просто хочу, чтобы всё прошло… ну, как положено.

Когда мы прибыли, нас встретили очень радушно. После застолья и вручения подарков имениннице, молодёжь решила оставить старших и перебраться в музыкальный салон для более непринуждённого общения. Вначале мы играли в фанты, и мне было интересно наблюдать за Андреем, который всякий раз смущённо краснел, когда предмет его симпатий, подружка кузины, поглядывала в его сторону.

– Андрей, а ты чего весь такой напряжённый? – не выдержал я, наклоняясь к нему.

 – Расслабься, мы здесь для удовольствия.

– Эм, да, да… Я просто… ну, понимаешь, – начал он, снова смутившись.

– Ох уж эта романтика, – вздохнул Саймон, весело подталкивая его локтем. – Если хочешь, мы поможем.

Через некоторое время именинница предложила показать свои музыкальные таланты. Она села за рояль, сказала, что исполнит новомодный романс, и заиграла, затем начала петь: «Белой каралии гроздья душистые…» Её исполнение было трогательным, и многие слушали, затаив дыхание.