Связанные любовью

Я боготворил ее губами и языком и ждал, пока она приблизится к своему освобождению, прежде чем погрузить в нее палец. Так ей больше всего нравилось. Один палец только для того, чтобы опрокинуть ее через край, когда я сосал ее клитор, и, как обычно, я был вознагражден ее криком удовольствия и ее сладким соком. Черт. Мне нравился ее вкус.

Когда ее дыхание замедлилось, я отстранился и поцеловал ее колено, прежде чем выпрямиться. Ария посмотрела на меня сквозь похотливые веки.

— Сними это платье, принцесса. Покажи мне свое идеальное тело.

Она встала, сняла платье через голову и бросила его на землю. Она осталась совершенно голой. Какие недостатки она видит? Их не было.

Я обнял ее за талию и притянул ближе, чтобы почувствовать вкус ее сосков. Она обвила рукой мой член, но я покачал головой.

— Я хочу трахнуть тебя, Ария. Встань коленями на диван.

Она поколебалась, но потом сделала, как я просил.

Я поставил Арию так, чтобы она стояла передо мной на четвереньках. Это была позиция, которую мы еще не пробовали. Она склонилась над диваном, но это было что-то новенькое, и мне нравился вид ее задницы.

Я выпрямился, когда заметил напряжение в позвоночнике Арии и почувствовал, как ее киска прижалась к моему кончику. Не зная, что вызвало ее реакцию, я погладил ее по спине, но она не расслабилась. Она была слишком напряжена, чтобы я мог войти в нее, не причинив боли.

— Ария? — я стиснул зубы. Мои яйца вот вот лопнут.

Она не отреагировала, но теперь ее плечи округлились, а дыхание изменилось. Она плакала? Я обхватил ее за талию, поднял и развернул. Ее глаза метнулись ко мне. Она не плакала, но по выражению ее лица было ясно, что она чем-то расстроена.

— Прости, — тихо сказала она. — Мы можем попробовать другую позу?

— Сначала скажи мне, почему ты напряглась? Что плохого в том, что ты стоишь на четвереньках?

Она опустила глаза, что означало плохой знак.

— Это напомнило мне тот день, когда я увидела тебя с Грейс.

Чтоб меня. Я чувствовал себя самым большим засранцем на планете. Я наклонился и приподнял ее подбородок. Она встретилась со мной взглядом, выглядя чертовски уязвимой.

— Ария, я говорил тебе, что она в прошлом. Для меня нет другой женщины. Только ты.

— Я понимаю. Я не знаю, почему, но я не могу забыть.

Я не знал, что с ней делать, и поцеловал ее. Отступив назад, я прошептал.

— Пойдем внутрь. Я займусь с тобой любовью в нашей постели.

Когда она заколебалась, я взял ее за щеку и приблизил наши лица.

— Ты единственная женщина, с которой я занимался любовью, Ария. — если бы мои солдаты могли услышать меня сейчас, мне пришлось бы сделать еще одно кровавое заявление, чтобы вернуть их уважение.

Но когда выражение лица Арии смягчилось, я не пожалел о своих словах. Она последовала за мной на нижнюю палубу, в нашу спальню.