Черничное мороженое

Душа несмело протянула в ответ узкую призрачную ладонь и поплыла по воздуху, скользя неумело и неуклюже. Он взял ее за руку и пошел к выходу, а она плыла за ним, то обгоняя, то не поспевая. Присутствующие переглянулись, пожали плечами и начали потихоньку расходиться.

— С твоей дочерью все хорошо,  —  сказал Он душе, шагая по саду,  — у нее теперь есть отец.

Душа побледнела еще сильнее и перестала плыть, замерев и вцепившись в Его рукав.

— Да,  — Он продолжил,  — наш сотрудник нашел твоего Илью, он сейчас в реанимации возле твоего тела сидит. Там ведь твоя подруга работает, я правильно помню? Теперь девочка останется с ним, а я отведу тебя в твой новый дом.

Душа продолжала струиться в воздухе, сложив молитвенно руки перед собой.

— Пожалуйста,  —  зашептала она,  — пожалуйста, отправьте меня обратно. Я хочу к ним, я хочу вернуться!

— Так сильно хочешь?  — Он чуть сдвинул брови, а душа яростно закивала. По призрачной щеке поползла крупная, переливающаяся на солнце слеза, и Он задумчиво произнес:  — Ты так и не потеряла способность чувствовать и плакать, пожалуй, тебе и впрямь к нам рановато. Что ж, потом вернешься, позже, а сейчас иди.

* * * — Вика!  — заорал Илья, напрочь позабыв, что обещал сидеть тихо как партизан в засаде.  — Скорее сюда! Она плачет!

Виктория влетела в бокс, увидела катящуюся по щеке подруги слезу и схватилась за стену. А потом взглянула на экран прибора и без слов вытолкала Илью из бокса.

— Она приходит в себя, выметайся, я позову доктора. А ты жди в коридоре!

Илья кое-как добрался до подоконника и прислонился лбом к прохладному стеклу. Ему больше ничего не оставалось кроме как ждать.

* * *Бес сидел в своей беседке, смотрел на закат и ни о чем не думал.

— Красиво, правда?  — голос рядом заставил вздрогнуть, Бес повернулся и едва не свалился со скамейки.

— Вы?..

— Я. Так о чем задумался?

— О чем? Да о разном. Например, о том, что я не справился.

— Да?  — в Его голосе сквозило неподдельное удивление. — И почему ты так решил, если не секрет?

— Я не смог сохранить их семью,  — вздохнул Бес,  — Евочка очень расстроилась, а видели бы вы лицо Ильи, когда он пришел к Софии в реанимацию!

— Могу себе представить…

Они помолчали.

— Ты считаешь, они могли бы простить друг друга? Там столько недомолвок и обид…

— Я бы убедил!  — с жаром принялся отвечать Бес, а потом как-то стух.

— Ну, ты на них не обижайся, вообще-то так не принято,  —  заступился за подчиненных Он,  — они поступают по правилам.

— А как же сердце?  — не согласился Бес.  — Можно хоть раз пойти против правил, если так велит сердце?

Сказал и замер испуганно. А вдруг не то сказал? А вдруг ляпнул, не подумав? Попрут ведь. Но Он молчал и думал, глядя в одну точку.