Все еще Адский шеф. Книга 6 (СИ)

Да и Настя, вроде, была хороша в игре. По крайней мере, не грустила.

Максим пару раз порывался пойти к Соре, но я внезапно вспоминал, что Демидов не доделал пару сотен прыжков, а потому получал штраф. Нечего мне тут романтику разводить. Хватало одного Дона, который мечтательно смотрел на Элеонору.

Кстати, о секретаре. Ничего он мне так и не рассказал о своём выходном. Молчал в тряпочку, скрытный секретарь. Но ничего, расколется. Не сможет долго молчать. Нужно же рассказать о своих похождениях кому-то, а я всегда рядом и знаю больше обычного.

А, про «больше обычного». Ирина и Сора постоянно подталкивали Настю на всякие необдуманные поступки. То она смущённо принесёт мне молока на ночь в одной длинной ночной рубашке. То случайно выльет на меня это самое молоко. В общем, неожиданностей было очень много, но я не пресекал эти неловкие попытки соблазнения. Тем более, замешаны там были все, кроме Элеоноры. Поймаю троицу на горячем и сделаю им выговор за то, что забили голову принцессе с амнезией.

Её папочка не сильно обрадуется любовному интересу своей дочурки. Если узнает, что я спас её, да потом она ко мне подкатывала… Подумает ещё, что я специально выручил её, чтобы затем стать потенциальным Императором. А мне оно надо? Нет. Да и убивать, если что, отца Насти мне бы не хотелось. Мужик он хороший. Но если пойдёт войной… Да нет. Выложу ему как есть, а там уж пусть решает, что делать с романтичностью своей дочери.

Представитель во время полета почти не заходил. Лишь дал минимальные инструкции по прилёту. Нас там встретят, разместят и дадут пару дней на отдых. После официальное открытие, где объявят правила турнира. Каждый год они разные, и никто не знал, что будет в следующем. Тайна, покрытая мраком. Да меня это в принципе не интересовало. Будем отталкивать от того, что известно. Дадут правила — будем их использовать. Думать наперёд не хотелось.

Когда мы прилетели, нас встретила большая делегация французов. Все они были как на подбор. Стильно одетые и с кислыми минами, будто съели невкусных лягушек с утра пораньше. По французам сразу можно было понять, что они самодовольные ребята, которые считают себя лучшими в поварском деле и не потерпят никаких «но».

— Мишлен мне в пах, — услышал я на французском обращение одного мужчины, который, судя по всему, был главным в делегации. — И этот бугай — лучший в Империи? Да у них там что, людей с медведями скрещивают? Что тот Дагон, что этот… С их ручищами невозможно править на кухне. И они посмели показаться здесь.

Барон Гусев дёрнулся, услышав это, но так незаметно, что я вновь убедился в его профессионализме. А французы не только самонадеянны, но ещё и смелы, раз посмели вести такие разговоры перед нами. Видимо, решили, что никто здесь не знает французский.