Всё, что нужно для счастья

В ней только о плохом думаешь: каково это, осознавать, что ты не увидишь, кем станет твой ребёнок? Врачом, адвокатом, учителем или художником? Знать, что в самые важные моменты его жизни тебя не окажется рядом? У меня своих нет, а от одной только мысли, сердце испуганно сжимается...

- Вер, я ведь хотела детей, - не знаю, зачем признаюсь, но сестра от неожиданности даже садится. - В прошлой жизни.

Где влюблённая Василиса Некрасова считала своего супруга идеальным. Да что там, до сих пор считает: Максим таким и был.

- Как? А что же тогда...

- Не родила? - опережаю её с вопросом и, тяжело вздохнув, тяну край плюшевого пледа, тут же падающего на пол бесформенной кляксой. Укрываюсь, не забывая и о примолкшей сестре, и, немного поразмыслив, признаюсь:

- Не могу. Не дано мне.

Думала, хуже этого ничего быть не может, а сейчас на Веру смотрю и понимаю - ошибалась.

- Что значит не дано? Ерунда какая-то... Да и... Васька, ты же из этих, - сестра демонстрирует бурную мозговую деятельность, задумчиво хмуря лоб, а я только и могу, что над ней посмеяться.

- Чайлдфри? Нет, - мотаю головой, и тут же прохожусь рукой по растрепавшейся причёске. - Ни я, ни Максим. Иначе вряд ли Сонька показалась бы мне милой. А она милая, Вер. Но посуду мыть, вообще, не умеет, так что ты меня надула.

Смеёмся. Одинаково странно - невесело вовсе, больше похоже на истерику.

- И эти жуткие платья в рюшах. Думала, утонет в них, пока до Некрасовского ателье дойдёт.

- Она сама выбирала, - Вера по привычке выхватывает взглядом её отпечатанный на глянце профиль, и что-то в её глазах меняется... Моим никогда так не загореться - две попытки ЭКО за спиной и обе не принесли ничего, кроме боли. Отворачиваюсь, словно не имею права ей мешать любоваться дочкой, и, подтянув к себе колени, укладываюсь щекой на мягкий плюш.

- Вась, у тебя всё ещё будет. И дети, и такие вот убогие рюши.

- Не будет, Вер. Мы с Максимом дважды пробовали. На третий я ни за что не решусь.

Трусиха я. Мне так проще, без надежды. Без глупых фантазий о материнстве, без грёз о будущем, в котором я почувствую шевеление своего малыша внутри... Господи, да прав Максим... Я всегда боялась. Чувствовала, что он куда смелее и выносливее меня. Если начнёт о чём-то мечтать, не успокоится, пока не воплотит мечты в жизнь.

- Вы поэтому разошлись? - Вера касается моего плеча, а я лишь качаю головой. - Вась, я не знала...

Похоже, мы друг друга стоим. Одна утаила смертельную болезнь, другая столько лет придерживалась легенды о желании прожить эту жизнь без грязных подгузников.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Зоопарк. Сейчас и не вспомню, когда был в зоопарке в последний раз... Наверное, лет пятнадцать-шестнадцать назад...