Вторая дорога

– Есть, нашел, можно хоть сейчас брать – эта сволочь надрался, как свинья, до полудня точно не проснется!

– Ты прямо специалист! Я тебя пьяным-то ни разу не видел, откуда такие познания в питейном ремесле? Может, для него вино – как для ребенка молоко – выпил, поспал, и все в порядке?

От этих слов Вида передернуло:

– Слушай, сержант, вот только о детях не надо, будь человеком. Я же едва держусь, я же заснуть не смогу, пока эти гады живы!

Вида посмотрел на этого юнца с изуродованным лицом, на седину в его волосах, а спина выпрямилась, плечи развернулись, и само вырвалось: «Смогу, сержант».

Доложить о проделанной работе следовало непосредственному начальнику, но наученный горьким опытом Ажан доверил доклад по инстанции капралу, а сам пошел к Гурвилю домой.

Тому хватило одного взгляда на постучавшегося в его дверь промокшего, как бродячая собака, сержанта, чтобы понять, – спать этой ночью не придется. Но пригласил в квартиру, налил стакан вина и стал слушать. И чем дальше, тем отчетливее понимал, что о нормальном сне теперь придется забыть надолго.

Собрался, под тем же изматывающим дождем пришел на службу – и началось…

Во все времена успех полицейских операций решает подготовка.

Десятки людей, часто не знакомых друг с другом, надо сплотить в единые команды, твердо знающие, когда и что им надлежит делать. Определить командиров групп, подготовить для каждой из них четкие инструкции, определиться с транспортом, продумать маршруты подхода и возвращения, определить цели, тактику действий и риски, озаботиться подстраховкой.

И организовать наблюдение, и отработать пути отхода преступников, и надежно их перекрыть, чтобы не устраивать потом игру в догонялки.

Это труд, тихий, аккуратный, которым не принято гордиться, но именно он обеспечивает успех или провал мероприятий. Любая ошибка, допущенная на этой стадии, – шанс для преступников уйти от наказания.

И именно этой работой занялись Ажан и Гурвиль. Дел было столько, что господин майор полиции просто не имел возможности подумать, откуда у этого новичка, пусть и доказавшего соответствие своей должности, такие знания, такое умение организовать людей, которое приобретается многими годами службы, причем службы по высшему разряду.

До рассвета удалось поспать лишь пару часов, а затем началось.

Пока Гурвиль докладывал де Романтену о проделанной и планируемой работе, Ажан и двое помощников взяли землекопа. Без суеты, буднично, мимо небольшого, но ухоженного домика на окраине, из которого вышел этот рыцарь лопаты, проехала крытая повозка. Вот он был, и вот его нет, усилием не слишком крепкого ума осознает себя лежащим на полу экипажа с кляпом во рту и крепко связанными руками.