Вторая дорога

Дальше действуем по обстановке. Возможно, конечно, что граф будет стоять сзади. Тогда мэтр поступает со вторым обычным образом, – я показал на еще не вполне пришедшего в себя Люка, – ну а с графом решим по обстоятельствам. Но на такой вариант особо не рассчитываем и не расслабляемся.

– Ну и, дай Бог, де Фонтэн исполнил приказ. Тогда организатор придет сюда в гордом одиночестве, мы его спеленаем и поздравим себя с окончательной победой. По местам. Шевалье, постараюсь вас предупредить о подходе клиентов, хлопнув дверью, но могу и не успеть, так что прошу о максимальной бдительности.

По мере моего монолога глаза д’Оффуа все более расширялись, так что к концу грозились вылезти из орбит.

– Жан, ты что – ясновидящий?

– Нет, дружище, я яснодумающий. И сейчас мы это проверим. Кстати, плащ оставь здесь – будешь менее заметным в подъезде. По местам!

– А скажи-ка мне, красавица, оговорили ли вы с Крисом какой условный стук или слова, когда он придет?

В этот момент глаза у девчонки стали такими же, как до этого у д’Оффуа, только на лице было не удивление, а ужас.

– Да, если все в порядке, я должна сказать: «Филипп, это ты?», если нет – «Кто там?».

– Ну, ты ведь умная девочка, ты же знаешь, что сказать? Ты ведь хочешь живой остаться?

– Да, да, да, – затараторила она.

– Вот и молодец, вот и умница. Тогда живи. Только дышать будешь, как я скажу. А если что – не обижайся, Колетт. Если вздумаешь крутить, тогда не обижайся – это будут последние минуты твоей жизни. Правильно?

Д’Оффуа занял пост в подъезде, Парто у пришедшего в себя Люка, я – у чуть приоткрытого окна и едва не проморгал гостей. Они пришли не улицей – они вышли из трактира «Трезвый сержант»! И сразу вошли в подъезд – ни о каком предупреждении шевалье не могло быть и речи – я просто не успевал.

Впереди широкой уверенной походкой спешащего человека шел граф, за ним невысокий худощавый вертлявый человечек – типичная дворовая шпана времен моего детства. Господи, только бы д’Оффуа не сплоховал! Шаги уже звучали на лестнице, я едва успел подвести Колетт ко входу, поставил не напротив двери, а сбоку, со стороны дверных петель. Погладил по волосам, чтобы успокоилась. Шепнул: «Филипп, это ты?» – чтобы не перепутала. А сам вместе с Парто занял позицию у другого косяка.

И мы не оплошали. Колетта правильно спросила, Парто буквально вбросил графа в комнату, а я левой рукой заблокировал руку шпаненка с ножом, коленом в пах, локтем в рыло, передняя подножка, залом руки за спину, обезоруживание – пеленай готовенького. Классическая связка, которую нам вдолбили в Минске, многократно повторенная перед зачетами по рукопашке и на тренировках с Гримо. Хрен бы я ее использовал, если бы противник ожидал нападения – здесь не спортзал, здесь убивают всерьез.