Женитьба дядюшки Жиля (СИ)
Может быть, её плохо учили? Может быть, у Саважей нормально учат только мужчин, а женщин – как придётся? Может быть, она чего-то про себя просто не знает?
В общем, не женщина, а прекрасная жемчужина. В глухой раковине, не вдруг достанешь. Но если достать, отчистить от тины и водорослей, подсушить и погреть руками – то ведь сокровище, просто сокровище!
Жиль всегда полагал, что о браке следует просто договориться, и этого достаточно. Ведь это союз, такой же, как и любой другой, просто – с иной целью. С него – имя, и положение, и защита, со второй стороны – дети и забота о них и о супруге.
Помнится, он даже сказал сестрице Катрин – ну тебя-то как-то родители сговорили за твоего мужа, и у вас всё хорошо! А она посмеялась и сказала – а знаешь ли ты, дорогой брат, сколько сил положил мой муж, чтобы понравиться мне? Да, нас сговорили родители, и мы оба понимали, что этот брак – хороший и перспективный, но – Годфри хотелось большего, чем просто два человека в одном большом доме, он хотел, чтобы им восхищались, и был готов восхищаться в ответ.
Жиль не сомневался, что госпожа Мадлен вызывает в нём восхищение.
Он понял, что представления не имеет о том, что детей-магов нужно отдельно обучать, но ведь это так и есть – его-то самого ещё как обучали, и братьев-сестёр тоже. И есть перед глазами пример, как бывает, если дева владеет огненной стихией, но не до конца – сестрица Анриетта. Поэтому девочку Мадлен нужно учить хорошо. Лучше, как Анжелика де Безье, ныне де Саваж, чем как Анриетта. Пусть уж лучше научится правильно жечь, чем выгорит сама.
Размышления сопровождали Жиля весь остаток ночи – и пока не заснул, и как только проснулся. Что ж, если госпожа Мадлен будет благосклонна – сегодня можно будет продолжить занятия и с ней, и с её девочкой.
Но сначала встретился до отвращения бодрый племянник. Он узнал, проснулся ли родич, и пригласил его разделить завтрак. И за завтраком рассказал, что придумал.

















