Аромат страсти

 — М-м-м! А ты не обманула моих ожиданий, крошка! Разве что…

Со знакомой хитринкой в серых глазах Анатоль сначала глянул на меня, затем на шефа, успевшего изобразить сдержанное внимание, и заговорщически подмигнул нам обоим:

— Может, за встречу, а? Шанни, вскрывай свой винный погреб, я знаю — он у тебя есть даже здесь.

— Не угадал. — Я тоже покосилась на Эдриша и по особенно глубокой складке на его лбу поняла, что подобное хайд категорически не одобряет. А я хоть и рада встрече, но мне здесь еще работать. Так что пока я всецело на стороне шефа. — Я сама здесь без году неделя, так что не то что бухлишком закупиться не успела, так даже еще погреб не вырыт.

— Ай-ай, — огорчился Ан-Лин, при этом уже вовсю нацеливаясь на суп. — Крошка, ты меня огорчаешь. Ну как так, а? Сколько раз говорено: первым делом при устройстве на новом месте осваивай пути отступления и точки сбыта алкоголя! А ты?

— А я тебя сейчас стукну за то, что позоришь перед шефом, — проворчала я с легкой обидой, потому что видела, как меняются эмоции на лице Эдриша. И все как одна — отрицательные. — И вообще! Хватит паясничать! Ешь борщ, пока на голову тарелку не перевернула!

— И это моя Шанни, — пожаловался этот гад шефу, явно не замечая, как все сильнее напрягается Мак-Иш, а в его взгляде все больше зверя.

 — Моя маленькая, любимая девочка! А я ведь тебя еще во-о-от такой помню. На коленях качал. На руках носил. А ты?

— Без сладкого оставлю, — пригрозила я, искренне надеясь, что у Анатоля хватит ума не вспоминать остальное. Хотя бы при шефе!

— А что у нас на сладкое? — мигом переключился на новую тему господин наглый проверяющий.

— Мороженое, — хитро улыбнулась я, тут же вспоминая, как он любил его в нашем детстве. Ел за нас двоих с Анабэль, да еще с добавкой. — С цукатами, вареньем и карамелью. И оре-э-эшками…

— Ну, если с орешками…

Анатоль смеялся так заразительно, что я не удержалась и засмеялась следом. Ну вот как дуться на этого гада? Просто невозможно! И как только его в проверяющие взяли? Хотя понятно почему: в пять секунд сунет нос всюду, соблазнит любую особь женского пола, выяснит все, что хотел, и ничего ему за это не будет.

Опыт-с!

— Ну, прости, — наконец покаялся белокурый гад, моментально сражая своей белозубой улыбкой и уделяя должное внимание обеду. При этом умудряясь и есть, и болтать. — Я просто так рад тебя видеть, что сам не свой. Сколько лет прошло? Десять? Восемь?

— Почти девять, — отозвалась я тихо, вновь уйдя в воспоминания. — И я тоже очень рада тебя видеть. Правда. Как сам, как Анабэль? Последний раз мы созванивались с ней пару месяцев назад — выглядела она прекрасно и была полностью довольна жизнью.