Аромат страсти

Совместно проведенная ночь не дает вам права вести себя подобным образом. Если вас не волнует собственная репутация, то, пожалуйста, не портите мою.

Лицо хайда окаменело, словно я покусилась на святое. Взгляд потяжелел, на мгновение из глубин его существа на меня мрачно глянул зверь, заставляя покрепче сжать вилку, а в следующую секунду Эдриш шумно выдохнул и натянуто улыбнулся.

— Сложная вы женщина, мисс О’Нелл… — проговорил шеф явно через силу, при этом предпочитая рассматривать свой ужин, а не меня. — Неужели у меня нет ни шанса?

Этот прямой, без всяких условностей, вопрос на мгновение поставил меня в тупик, а в следующее заставил торопливо пересмотреть собственные планы.

А чего я хочу сама? Только ли помучить или не без удовольствия? Хм…

— Все зависит от того, какова ваша конечная цель, — задумчиво произнесла я, не стесняясь встречаться с по-прежнему тяжелым взглядом хайда. — Мне казалось, мы поняли друг друга, когда объяснились в ваших апартаментах. Зачем вы провоцируете меня вновь?

— А зачем это делаешь ты? — грубовато выдал шеф, с ожесточением нанизывая на вилку ближайший кусочек лазаньи.

Не глядя, но очень точно. — Улыбаешься призывно, дотрагиваешься нежно, хвостом крутишь? Пахнешь, наконец!

— Ну, простите! Между прочим, пахнуть — естественно для любого живого существа. А дотрагиваюсь я до вас исключительно по работе. И вообще — вы меня с кем-то путаете, у меня нет хвоста! — И тоже сердито вонзила вилку в еду.

— Это фигура речи, и ты меня прекрасно поняла, — рыкнул Эдриш, мастерски расправляясь с ближайшим ломтиком огурца.

— Если бы я так же прекрасно понимала и остальное! — парировала я, будучи уже на взводе, и, чтобы окончательно не сорваться, предпочла заполнить рот едой.

А ведь я всего лишь хотела услышать правду! Ну что ему, трудно, что ли, сказать прямо, что ему от меня надо? Язык отсохнет признаться, что не прочь закрутить не обременяющую интрижку с «юной и прелестной девой»? Так я к этому привычная, даже в лоб ничем бы не запустила. А может, мне вовсе хотелось услышать что-нибудь из разряда фантастического: «я вас люблю… чего же боле?»! Я все-таки женщина, хоть и суккуба! Я, возможно, даже передумала бы! Нет, надо было все снова свести к скандалу и укрепить меня во мнении, что всякая нерабочая связь с хайдами — зло!

Так мы и ели, каждый глядя в свою тарелку и расправляясь с ужином, будто с ненавистным врагом.

Под конец, когда я уже поставила греться воду для чая хайду и внимательно осматривала кружки на предмет «помыть или так сойдет», шеф вдруг решил сменить тактику.

— Шанни, прости. Кажется, я погорячился. — Я недоверчиво покосилась на начальство, мигом заподозрив его в очередной попытке неумелого флирта, на этот раз завуалированного под извинение.