Брюнетка в боевой академии. Любимая игрушка повелителя

Если неосторожно коснуться рукой, можно до крови оцарапаться о шипы.

Темно-серый с багровыми прожилками камень стен смотрелся так, будто замок истекает кровью. Я привыкла к величественной красоте замка на Холме, но на тех, кто видел его в первый раз, он производил неизгладимое впечатление.

К счастью, внутри замка нас никто не встречал. Слуги были заняты своими делами. Дворецкий, конечно, вышел и приветствовал поклоном. Он знал нас много лет, но за эти годы я ни разу не видела улыбки на его лице, похожем на восковую маску.

Мы миновали огромный холл с полом из розового мрамора и высокими черными колонами на фоне серых стен и поднялись по лестнице на второй этаж. Тут наши пути разошлись. Мои покои находятся выше, а Сильх отправился к себе. Правда, перед этим притянул меня к себе и нагло поцеловал, зная, что глаза и уши повелителя тут есть везде. Ему донесут раньше, чем мы дойдем до своих покоев, и мне страшно думать о том, какие последствия будет иметь этот дерзкий жест. Смесь восторга, адреналина и страха – вот что для меня наш поцелуй. И я не готова отказаться от этих ощущений, даже если потом будет очень больно. Я не хочу быть осторожной. Не хочу отказываться от права любить и терять голову.

Я забежала к себе в покои с глупой улыбкой. Запретная, но такая желанная любовь придавала сил и заставляла буквально летать. В моей комнате все было так, как я оставила месяц назад: все любимые мелочи на туалетном столике, полки с книгами. Горничные навели идеальный порядок. Кровать была заправлена моим любимым лавандовым покрывалом. На распахнутом окне стояла ваза со свежими цветами, над которыми кружили бабочки. Причем и бабочки, и цветы были подобраны в тон интерьеру. А на двери в гардеробную висело платье. С одной стороны, невероятно красивое, с другой… уже по нему я поняла, что расстроила повелителя. Эта мысль была как ушат холодной воды. Нет, я вернулась не домой. Я вернулась в клетку, в которую меня хотят заточить на всю жизнь.

Внезапно до боли в сердце и скручивающегося желудка захотелось увидеть маму. Просто, как в детстве, обнять и поплакать у нее на плече. Я соскучилась и очень нуждалась во встрече с ней наедине. Без повелителя и слуг. Но такие встречи практически прекратились. И уже давно. Нас словно искусственно отдалили друг от друга. Странно, что я только сейчас это поняла.

Я была своевольной, капризной и эгоистичной. Не скажу, что не общалась с мамой. Но на время, как, наверное, любой подросток, утратила контакт. Меня не напрягало, что встречи стали реже и при них присутствовали слуги или повелитель. У меня не было секретов, которые я бы хотела обсудить только с мамой.

Я выскочила в коридор, но буквально через несколько метров наткнулась на трех горничных. Высоких и статных как на подбор.