Брюнетка в боевой академии. Любимая игрушка повелителя

Никто не может…

– Не глобальная, но на студентов. Если кто-то использует магию, это видно и слышно. Вспомни, как только ты изобразила неприличный жест, раздалась сирена.

– А на преподавателей это правило распространяется? – поинтересовалась я, но Сильх промолчал. – Вот видишь. Ваше испытание с самого начала идет с нарушениями.

– Не сомневаюсь. Но я прошла и еще раз на полосу не полезу. А вот тем, кто вылетел, я бы дала еще шанс. Только мэрша убрала бы с полосы.

– Я поговорю с ректором, – добавил Сильх и мерзко заметил: – И о тебе тоже. Впрочем… О тебе ему доложат и без меня.

– Пошел ты! – бросила я ему в спину и поняла, я поругалась уже с двумя раздражающими меня персонажами, но желание убивать так и не пропало.

Впрочем, далеко я не ушла. Уже через пару метров, быстрее, чем меня догнали друзья, какая-то старшекурсница с немного виноватой улыбкой передала, что меня желает видеть гранд-мэрш ректор.

– Да, ладно… – простонала я и развернулась. Не скажу, что неожиданно. Просто я думала, мне хоть выдохнуть дадут!

– Флави! – позвал Рон, понимая, что я не собираюсь их ждать.

– Не могу, меня вызывают на ковер к ректору! – крикнула я, планируя сбежать, но в последнюю минуту остановилась, так как любопытство победило. – Кстати, а ты почему не на полосе?

– Благодаря твоему выступлению все отменили, – усмехнулся он, кажется, даже без особого раздражения.

– Что, совсем? – испуганно уточнила я.

– Нет, до выяснения обстоятельств. Ты нажила себе врага. Мэрш прилюдно пообещал, что сессию ты не сдашь. Флави, тебя не учили не ругаться с преподавателями?

– Нет. Если я доводила одного, мне выдавали другого. – Я пожала плечами, чувствуя даже некоторую вину за свою жизнь в Холмах.

– И многих ты того… – спросила Китти. – Ну, довела?

– Нет. Понимаешь, частные учителя обычно все же учат, а не пытаются втоптать в грязь ученика, поэтому у меня почти со всеми были прекрасные отношения.

– Тебе тут будет сложно. Зачем ты вообще пошла в академию?

– Не за знаниями, поверь, – отозвалась я. – А сейчас… Правда, простите, но я пошла к ректору. Наверное, он будет меня ругать.

– Ты еще какие-то сомнения испытываешь? – удивилась Нора. – Хорошо, если не выставит на выход с вещами за такое поведение.

– Не выставит, – заявила я с уверенностью, которой не испытывала, и отправилась искать ректора, уговаривая себя, если потребуется, даже попросить прощения. Не у самого мэрша, конечно, а у ректора. Может быть.

Гранд-мэрш Натаниэль Лерье, как значилось на табличке на двери, сидел за столом и делал вид, будто изучает документы из пачки у себя на столе. А может, и правда изучал. Кто же их, ректоров, знает. Что он забыл в этом кабинете, мне было непонятно.