Девочки Тора (СИ)

И что я в принципе могу выглядеть так.

— Я похожа на... на...

Дверь кабинета неожиданно хлопает, будто её кто-то закрыл. Я резко отпускаю юбку и поспешно застегиваю блузку.

Какого...? Дверь разве была открыта? Я не обратила внимания. Вроде Лиза её закрыла, когда уходила. Или нет?!

Быстрым шагом направляюсь к двери, открываю и выглядываю в коридор, чувствуя, как с каждой новой секундой щёки всё сильнее начинают гореть. Кто-то видел меня перед зеркалом?!

Коридор оказывается абсолютно пуст. Даже у стойки ресепшена никого нет. Все на обеде. Но, кажется, возле открытой двери Торецкого мелькнула тень. Или мне показалось? Он разве не на встрече с партнёрами? Его же не должно быть в офисе?

Девчонки, кто не видел график Прод на этой неделе, он в комментариях.

В который раз вздыхаю, глядя на себя в зеркало, и снова стираю бумажным полотенцем помаду. Щёки до сих пор горят от стыда, ведь меня однозначно кто-то видел. И я очень надеюсь, что не мой начальник. Не знаю, почему-то от мысли, что именно Торецкий заглядывал в кабинет, когда я фривольно задирала юбку, меня начинает мутить.

Что он подумал в таком случае?! Что я неадекватная какая-то?!

Какой стыд, Господи!

Благо в уборной никого не оказалось. Не хотелось бы попасться кому-то на глаза в таком... виде. Красная как рак, на лбу испарина и глаза нервно дергаются.

Меньше надо ерундой страдать!

Отбрасываю испачканное помадой бумажное полотенце в сторону и сую руки под прохладный поток воды. Уже в сотый раз умываюсь, но горящие щёки и шею остудить не удаётся. Надеюсь, я целый день так не прохожу, а то со стороны выгляжу, как больная лихорадкой.

— О, ты здесь? Я как раз тебя искала, — в уборную заходит Римма и направляется прямиком к раковинам, где я пытаюсь прийти в себя уже, наверное, минут двадцать.

— Искала меня? Зачем?

— С тобой всё хорошо? У тебя просто... лицо красное, — Римма ставит сумочку на раковину и тревожно вглядывается мне в лицо, после чего достаёт пудреницу. — Если заболела, то сразу сообщай. У нас с этим всё строго.

Говорю же — больная лихорадкой.

— Да нет. Всё нормально, Римм, просто жарко стало. Так... А зачем ты меня искала?

— Да босс тебя к себе вызывал, а тебя в кабинете не оказалось. Он просил передать, чтобы ты зашла, если я тебя увижу, — безразличным тоном сообщает Римма, мином потеряв интерес к моей возможной болезни и приступив к активному напудриванию носа.

Её тон такой обыденный и безэмоциональный, а у меня сердце к горлу подскакивает и начинает бешено колотиться, отчего новая волна жара расползается по щекам, шее и ушам.

Просил зайти к себе?

Супер. Приехали. Вот и настал конец. Сейчас он меня уволит. Сначала прочитает лекцию о морали и адекватном поведении на работе, а затем уволит.

— Ау, Ань, ты чего застыла? — Римма щёлкает пальцами у меня перед лицом. — Иди.