Дьявол весной

Постепенно мозг Пандоры успокоился и перестал подавать постоянные обманчивые сигналы о потере равновесия и вращении обстановки вокруг неё. Она позволила себе довериться Габриэлю. Не то, чтобы она наслаждалась процессом, но ощущение полного отсутствия контроля со своей стороны и в то же время осознание безопасности, было интересным.

Габриэль замедлил шаг, а затем они полностью остановились, опустив сомкнутые руки. Музыка затихла.

Пандора посмотрела в улыбающиеся глаза Габриэля.

— Почему мы остановились?

— Танец закончился. Мы только что осилили вальс длиною в три минуты без каких-либо трудностей.

 — Он придвинул её ближе к себе. — Теперь тебе придётся найти новое оправдание для того, чтобы сидеть в уголке, — сказал он в её здоровое ушко. — Потому что ты можешь вальсировать. — Габриэль сделал паузу. — Но я всё равно не отдам тебе тапочек.

Пандора застыла, не в состоянии осознать происходящее. В голову не приходили никакие слова, даже односложные. Будто поднялся огромный, удушающий занавес, приоткрывая новую сторону мира, вид на вещи, о существовании которых она не подозревала.

Явно озадаченный её молчанием Габриэль ослабил хватку и посмотрел на неё глазами, ясными, как зимнее утро, на его лоб упал рыжевато-коричневый локон.

В этот момент Пандора поняла, что умрёт, если не будет с этим мужчиной. Скончается от разбитого сердца. С Габриэлем она становилась новым человеком, вместе они становились чем-то новым, и всё получалось не так, как она ожидала. Кэтлин была права — идеального выбора не существовало. Ей придётся чем-то пожертвовать.

Но неважно от чего она откажется, этого мужчину потерять она не могла.

Пандора расплакалась. По её лицу потекли не изящные женские слёзы, её сотрясали рыдания, а лицо покраснело.

На неё обрушилась волна самого ужасного, прекрасного, потрясающего чувства в мире, и она в ней утопала.

Габриэль встревожено уставился на неё, роясь в кармане пиджака, в поисках носового платка.

— Нет, нет… Ты не должна была… Боже, Пандора, не надо. Что такое? — Он промокнул её лицо платком, потом она забрала его, чтобы высморкаться, её плечи содрогались. Пока Габриэль продолжал кружить вокруг неё и задавать обеспокоенные вопросы, Фиби встала из-за пианино и подошла к ним.

Крепко обняв Пандору, Габриэль бросил рассеянный взгляд на сестру.

— Я не знаю, что не так, — пробормотал он.

Фиби покачала головой и ласково взъерошила его волосы.

— Всё в порядке, болван. Ты ворвался в её жизнь, словно шаровая молния. Любой бы человек немного разволновался.

Пандора только смутно осознавала, что Фиби покинула гостиную. Когда поток слёз иссяк, и она смогла заставить себя посмотреть на Габриэля, её заворожил его пронизывающий взгляд.

— Ты плачешь, потому что хочешь за меня замуж, — сказал он.