Дьявол весной

— Вы не заметили ещё чего-нибудь? Неподходящих вещей на складе?

Пандора покачала головой, в этот момент они добрались до кареты.

— Ничего такого не припомню.

Дракон открыл дверь и опустил для неё подножку.

— Я хочу, чтобы вы с кучером подождали пять минут. Мне необходимо кое-что сделать.

— Что? — спросила Пандора, залезая в карету. Она уселась и забрала у него саквояж.

— У лакеев не бывает зова природы. Или, по крайней мере, они не должны об этом упоминать.

— Задёрните занавески, — сказал он ей. — Заприте дверь и никому не открывайте.

— Никому не открывайте, — терпеливо повторил Дракон.

— Мы должны придумать тайный сигнал. Специальный стук…

Он решительно закрыл дверь, прежде чем она успела закончить.

Пандора раздражённо откинулась на сиденье. Если и существовало что-то хуже, чем скука или тревога, то это определённо было сочетание этих чувств. Она прикрыла ладонью ухо и постучала по затылку, пытаясь заглушить раздражающий пронзительный звук. Это заняло несколько минут неустанного постукивания. Наконец, снаружи кареты послышался голос Дракона, и Пандора почувствовала слабый толчок, когда он залез и сел рядом с кучером.

Экипаж тронулся с места и покатился вдоль Фаррингдон-стрит, выезжая из Кларкенуэлла.

К тому времени, когда они вернулись домой на Квинс-гейт, Пандора практически извелась от любопытства. Ей потребовалось всё самообладание, чтобы не выскочить из кареты, когда Дракон открыл дверь и опустил подножку.

— Ты возвращался в типографию? — спросила она, не вставая с места. Разговаривать с лакеем стоя на улице не подобало, но как только они окажутся в доме, то не смогут остаться наедине. — Ты говорил с миссис О'Кейр? Видел человека, о котором я тебе рассказала?

— Я прорвался внутрь, чтобы осмотреться, — признался Дракон.

 — Женщина была не слишком довольна, но никто не смог меня остановить. Того человека я не видел.

Он отступил, ожидая, когда Пандора покинет карету, но она не пошевелилась. Телохранитель явно что-то не договаривал. Если это так, то Дракон расскажет всё Габриэлю, и тогда ей придётся узнать новости из вторых рук.

Когда он вновь появился в дверном проёме и бросил на неё вопросительный взгляд, Пандора серьёзно сказала:

— Доверие, Дракон, предполагается, что ты не можешь ничего от меня скрывать, иначе я никогда не буду в тебе уверена.

К тому же, сокрытие важной информации меня не защитит. Наоборот. Чем больше я знаю, тем меньше вероятность того, что я совершу глупость.

Дракон обдумал её слова и уступил.

— Я прошёл через контору, вышел на склад и заметил… кое-какие вещи. Стеклянные и резиновые трубки, металлические баллоны, следы порошкообразных химических соединений.

— Но разве это не обычные вещи для типографии?

Между его чёрных бровей залегла складка, и он кивнул.