Что я без тебя…

 – К тому же я чувствовала, что сейчас разревусь, как последняя дура, и отошла к окну, чтобы Стивен ничего не заметил.

– И что дальше?

– Дальше? Он дошел до такой наглости, что попытался поцеловать меня.

– И вы позволили?"

"– Нет. Но пришлось. Как бы вам это объяснить. – Она снова отвела глаза, готовая от стыда провалиться сквозь землю. – В общем, сначала я не хотела, но понимаете, у него это так здорово получается и… – Она умолкла. И вдруг ее осенило. – Да, у него это здорово получается, а главное, он знает, что здорово. Вот почему он и стал целоваться. Чтобы задобрить меня.

И добился-таки своего. Я сдалась. Воображаю, как он теперь гордится собой, – сказала она напоследок уже почти без ехидства.

Уитни разразилась смехом:

– Гордится? Не сказала бы. Во всяком случае, когда мы встретились, он был в самом скверном расположении духа. Согласитесь, что это странно для того, кто стремился расторгнуть помолвку и почти достиг своей цели.

От этих слов у Шерри на душе стало легче, она даже улыбнулась, но улыбка тут же исчезла.

– Ничего не понимаю. Видимо, я и до болезни была бестолковой. – Она сокрушенно покачала головой.

– Напротив, вы на редкость проницательны, – с чувством воскликнула Уитни, – и к тому же отважны! И очень, очень добры.

Заметив в огромных серых глазах Шерри сомнение, Уитни с трудом поборола в себе желание выложить Чариз Ланкастер всю правду, ничего не скрывая, даже гибель Берлтона и роль Стивена во всей этой истории. Говорил же Стивен, что Шерри едва знала Берлтона, к тому же совершенно очевидно, что девушка неравнодушна к своему мнимому жениху.

Нет, Шерри больна, и ее нельзя волновать. Сколько раз их об этом предупреждал доктор Уайткомб!

Уитни решила скрыть правду от Шерри и, встретившись с ней взглядом, сказала с грустной улыбкой:

– Я хочу рассказать вам о человеке весьма неординарном, которого вы еще не успели узнать.

Четыре года назад, как раз когда мы встретились, он всех приводил в восторг своим обаянием и прекрасными манерами. Он всегда побеждал, и в карточной игре, и в спортивных состязаниях, чем завоевал уважение мужчин, женщин же он просто сводил с ума своей красотой. И не только юных дебютанток сезона, но и искушенных, опытных женщин. Мы с его матерью не переставали удивляться, да и сам Стивен считал свой успех незаслуженным, однако в отношениях с женщинами был необычайно галантен. Но потом произошли события, резко изменившие Стивена в худшую сторону, и что удивительно, так это то, что два из них по своей сути вполне позитивные.

Во-первых, Стивен стал сам заниматься своими коммерческими и финансовыми делами, которые до этого по его поручению вел мой муж, и вопреки его воле стал производить крупные рискованные операции, манипулируя не только своими, но и чужими деньгами.