Что я без тебя…

 – Трудно себе представить, так же как вас обоих в Альмаке. Откуда ты взял, что у него сердечные раны?

– Дело в том, что его избранница выходит замуж за другого.

– Неужели? – не веря своим ушам, воскликнул Маркус и бросил взгляд на танцевавшего с Шерри молодого человека, который сразу вырос в его глазах.

– Значит, за Мэйкписа? Этого молокососа?

– Конечно, нет.

– За кого же тогда?

– За меня.

Изумление на лице Резерфорда сменилось восторгом, и, предвкушая дальнейшее развитие событий, он указал рукой с бокалом на зал:

– В таком случае разреши мне объявить об этом прямо сейчас.

Очень хочется посмотреть на их лица, когда я сообщу эту сногсшибательную новость.

– Разрешаю.

– Отлично! – обрадовался Резерфорд и обратился к Уитни Уэстморленд. – Если помните, ваша светлость, – сказал он с легким упреком, – в свое время я пытался объявить о вашей помолвке, но вы почему-то заупрямились и решили сохранить это втайне.

После такого, казалось бы, невинного замечания Стивен и Клейтон выразительно посмотрели на Уитни. Они до сих пор не забыли, какой скандал она учинила в тот вечер.

– Не смотрите на меня так, – смутившись, попросила Уитни.

 – Неужели вы до конца дней будете это помнить?

– Не будем, – ответил Клейтон с легкой улыбкой.

Прошел час, прежде чем Шерри снова подошла к Стивену и остальным, с удовольствием слушая их беседу, когда лорд Резерфорд вдруг оставил их и стал сквозь толпу пробираться к оркестру. Вначале Шерри не придала этому значения, но потом музыка неожиданно пошла на крещендо, и в какой-то момент замерла, призывая к вниманию. Все с удивлением повернулись к оркестру."

"– Леди и джентльмены! – с волнением обратился к собравшимся Резерфорд.

 – Мне выпала высокая честь сообщить вам о важном событии – помолвке двух наших гостей – до того как в газете появится официальное объявление…

Многие, в том числе и Шерри, огляделись, стараясь угадать, о ком идет речь. Девушка не заметила, как лукаво блестели при этом глаза наблюдавшего за ней лорда Уэстморленда.

– Уверен, – продолжал между тем Резерфорд, – эта новость обрадует холостяков в этом зале, поскольку один из самых блестящих женихов сошел с дистанции и освободил им путь к сердцам милых дам. О, да я смотрю, вы сгораете от любопытства, – сказал он, обводя взглядом лица гостей, очень довольный взятой на себя миссией.

 – А теперь еще минуту терпения! Я не стану называть вам имена этих двух счастливчиков, очень достойных людей, а попрошу их оказать мне честь и открыть бал в качестве будущей супружеской пары.

Под оживленное перешептывание и взрывы веселого смеха Резерфорд покинул танцевальный круг, но на него уже никто не смотрел. И как только зазвучал вальс, все стали с любопытством поглядывать друг на друга.