Что я без тебя…

С противоположного конца гостиной донесся взволнованный голос Уитни:

– Артур Берлтон – неисправимый шалопай, я хотела сказать, был неисправимым шалопаем."

"– Допустим, – согласился Стивен, коротко вздохнув, – но они любили друг друга и собирались вступить в брак. И Чариз Ланкастер вовсе не женщина легкого поведения и не коварная охотница за богатым женихом, заманившая меня в свои сети, как это вам показалось, а невинная, достойная жалости и сочувствия жертва моей безответственности и обмана…

Когда Стивен, окончив рассказ, ответил на вопросы, в комнате воцарилось молчание.

Все пытались переварить услышанную информацию, а Стивен отпил из бокала шерри, словно хотел утопить в вине мучившее его чувство вины.

Первым заговорил брат:

– Берлтон сам виноват в своей смерти. Напился до положения риз и угодил под колеса. А тут еще туман, ничего не видно.

– Виноват один я, – бросил Стивен, отвергнув попытку Клейтона снять грех с его души. – Это я правил непривычными к городу лошадьми.

– Если так рассуждать, то и грузовая клеть, от которой пострадала Чариз Ланкастер, сорвалась со стрелы по твоей вине?

– Конечно, – ответил Стивен.

 – Мы оба так были потрясены гибелью ее жениха, что ничего не замечали вокруг, и я не помешал ей войти в опасную зону. Если бы не я, Чариз Ланкастер была бы сегодня счастлива со своим мужем, английским бароном.

– Итак, ты считаешь себя виновным перед этой девушкой, – сказал Клейтон, совершенно забыв о присутствии здесь Дю Вилля, постороннего человека. – Каково же будет наказание за совершенный проступок?

Отчаяние в голосе Стивена, взявшего на себя всю вину, очень встревожило Клейтона, однако французу удалось разрядить обстановку.

– Чтобы избежать бессмысленной дуэли между вами на рассвете, – весело обратился он к братьям, – а себя самого избавить от роли секунданта и необходимости вставать чуть свет, я, с вашего разрешения, предлагаю вам призвать на помощь свой блестящий ум и найти достойный выход из сложившейся ситуации, вместо того чтобы анализировать ее причины.

– Николас абсолютно прав, – едва слышно произнесла герцогиня, уставившись в пустой бокал, и, бросив взгляд в сторону француза, добавила: – Хотя и неблагородно впутывать вас в наши семейные дела, совершенно очевидно, что вы, как человек посторонний, способны более трезво оценить обстановку.

– Благодарю, ваша светлость. В таком случае позвольте изложить вам свою точку зрения по данному вопросу.

Обе женщины закивали головами, мужчины не высказали никаких возражений, и тогда Ники продолжил:

– Насколько я понимаю, мисс Ланкастер была помолвлена с неудачником без пенни в кармане, к которому питала нежные чувства, но который не мог предложить ей взамен ничего, кроме дворянского титула.