Избранные детективы и триллеры. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Почему такси? Почему ты не поехал домой на машине? — спросила Клара, когда они вошли в лифт.

— Выпил водки, — глупо хихикнул Григорьев, — решил расслабиться в конце рабочего дня.

— То-то я чувствую, пахнет от тебя, — Клара поправила ему воротник пиджака, провела ладонью по щеке, — тебе же нельзя водку, у тебя от нее изжога.

Лифт остановился. Когда вошли в квартиру, при ярком свете лампы в прихожей Григорьев заметил, что у Клары сапоги надеты на голые ноги.

— Колготки зацепила, — спокойно объяснила она, поймав его удивленный взгляд, — они темные, дырища гигантская, на самом видном месте, пришлось снять в туалете.

Так вроде бы приличней. Вообще, отвратительный день. Зуб разболелся, выпила две таблетки аспирина, не помогло, пришла на работу, чувствую — терпеть невозможно. Отпросилась, зашла к врачу. Вот, теперь придется вставлять, — она оскалилась, оттянула щеку. В нижнем ряду зияла яма, черная от запекшейся крови.

— Да, ужасный день, — вздохнул Григорьев, — а что, нельзя было зуб сохранить?

— Не-а, — она тяжело опустилась на скамейку, сняла сапоги, — там воспаление внутри, в десне, у самого корня.

Заморозка отходит. Больно.

— Иди ложись, я принесу тебе чаю, — автоматически проговорил Григорьев, вспоминая, что было в бумажнике. Паспорт. Водительские права. Чуть больше сотни долларов. Фотография Маши. Кажется, все. Возможно, это даже к лучшему. Если документы подбросят, появится шанс смягчить скандал, во всяком случае, на первых порах. Советского дипломата похитили или убили, что-нибудь в таком роде…

Из глубины квартиры явился сонный кот Христофор, изогнулся дугой, сладко потягиваясь, потерся о ноги хозяев.

Григорьев взял его на руки, стал почесывать за ухом. Кот заурчал. Андрей Евгеньевич так глубоко задумался, что на минуту забыл о Кларе, которая застыла рядом, босая, растерянная, тихая.

— Пожалей меня, Андрюша, — пробормотала она и, сгорбившись, ткнулась лбом ему в плечо.

Он погладил ее мокрые пегие волосы и спросил, чтобы заполнить паузу:

— Ты перестала подкрашивать корешки? Она ничего не ответила, мягко отстранилась и побрела в ванную. Христофор соскользнул с рук, исчез за дверью темной спальни.

Андрей Евгеньевич последовал за ним, зажег свет. У кровати стоял раскрытый чемодан. Клара еще утром начала собирать его вещи. Христофор влез в чемодан и улегся на мягкий шерстяной джемпер. Григорьев оглядел комнату, размышляя, есть ли здесь хоть один предмет, который он хотел бы взять с собой.

Клара вошла, как всегда бесшумно, в тот момент, когда он рылся в ящике своего маленького рабочего секретера.

— Что ты ищешь? Тебе помочь? — спросила она слабым сиплым голосом.