Избранные детективы и триллеры. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Ты просто должна быть уверена, что ты Мери Григ, родилась в Нью-Йорке, хорошо говоришь по-русски потому, что у тебя была русская няня, родители погибли в автокатастрофе, ну и так далее. А главное, ты все время должна помнить, что тебе от них ничего не нужно и совершенно нечего скрывать. Ни от Кумарина, ни от Ловуда, вообще ни от кого. Поняла? Повтори про себя сорок раз!

Маша почти не слушала его. То, что он говорил, было, конечно, мудро, и даже красиво, и по-своему верно. Это отлично прозвучало бы на каком-нибудь теоретическом занятии, особенно в качестве вступительной речи.

Это мог говорить преподаватель студентке-первокурснице в школьном коридоре, а не офицер ЦРУ своему коллеге в аэропорту Кеннеди за полчаса до отлета в Москву.

— Ну, ты успокоилась? — Он взъерошил ей волосы. — Теперь все?

— Нет, не все. Помощник атташе по культуре — слишком важная персона, чтобы тащиться по жаре в аэропорт и встречать такую пигалицу, как я.

— Привыкай, привыкай, ты не пигалица, твоя поездка оплачена Концерном. Сразу после защиты диссертации ты станешь штатным сотрудником "Парадиза".

Ты уже элита, в тебя вложены серьезные деньги. Господин Джозеф Хоган, владелец Концерна, в телефонном разговоре с Евгением Рязанцевым подчеркнул, что выпускница Гарварда Мери Григ — его протеже, и высказал свою личную заинтересованность в том, чтобы твое сотрудничество с пресс-центром партии оказалось максимально успешным.

— Вот как? — слегка удивилась Маша. — Когда же они успели побеседовать о моей скромной персоне?

— Неделю назад. Сегодня он еще раз позвонил Рязанцеву, выразил свои соболезнования и напомнил, как ты слушала его лекции, как вы танцевали рок-н-ролл.

Рязанцеву сейчас плохо, одиноко. Люди из близкого окружения его тяготят. Роман с Кравцовой развивался у них на глазах, и о том, что она ему изменяла с Бриттеном, им известно, теперь во всяком случае. Это больно ранит его мужское самолюбие. А ты — человек со стороны, но с тобой связаны определенные воспоминания, пусть незначительные, мимолетные, однако весьма приятные. Не сомневаюсь, он сам захочет, чтобы ты была рядом.

— Погодите, Билл, — поморщилась Маша, — я не поняла, значит, первый звонок был неделю назад? То есть все было решено еще до смерти Томаса?

— Ну, Маша, ты должна догадываться, что такие решения принимаются не в один день.

— А что было не так с Томасом? — спросила она почти шепотом, трусливо надеясь, что Макмерфи не расслышит этого нахального вопроса.

— Что не так? Томас Бриттен спал с Викторией Кравцовой. — Макмерфи криво усмехнулся и добавил комически страшным шепотом, приблизившись к Машиному уху:

— По собственной инициативе, без всяких наших санкций.